fbpx

Удобная санкционная ширма

Будет ли Астана защищаться от последствий новых санкций США против России?

Руко­вод­ство Казах­ста­на и мест­ные экс­пер­ты ожи­да­ют силь­но­го вли­я­ния новых аме­ри­кан­ских эко­но­ми­че­ских санк­ций про­тив Рос­сии на наци­о­наль­ную эко­но­ми­ку. Казах­стан­ские СМИ пуб­ли­ку­ют раз­лич­ные про­гно­зы по этой про­бле­ма­ти­ке.

К при­ме­ру, в видео-интер­вью интер­нет-ресур­су zonakz.net эко­но­мист Маг­бат Спа­нов утвер­жда­ет, что нынеш­ние и ожи­да­е­мые в кон­це нояб­ря новые санк­ции США в отно­ше­нии РФ «будут иметь не опо­сре­до­ван­ное, а пря­мое отно­ше­ние» к Казах­ста­ну, хотя бы пото­му, что самый боль­шой това­ро­обо­рот у Казах­ста­на — с Рос­си­ей, и очень мно­го инве­сти­ций идет отту­да. Учи­ты­вая, что из-за санк­ций инве­сти­ци­он­ные воз­мож­но­сти Рос­сии в целом сокра­тят­ся, ее биз­нес будет боль­ше финан­си­ро­вать про­ек­ты внут­ри стра­ны, а доля, кото­рая мог­ла пред­на­зна­чать­ся Казах­ста­ну, умень­шит­ся. При этом, под­чер­ки­ва­ет Спа­нов, выжи­ва­е­мость эко­но­ми­ки Рос­сии намно­го выше, чем Казах­ста­на.

План Астаны на случай, если все пойдет не так

Но министр наци­о­наль­ной эко­но­ми­ки Казах­ста­на Тимур Сулей­ме­нов заявил неде­лю назад, что пра­ви­тель­ство име­ет боль­шой, но содер­жа­щий закры­тые сег­мен­ты план, на тот слу­чай, если «те или иные нега­тив­ные про­гно­зы нач­нут про­яв­лять­ся», и дал понять, что этот план «вклю­ча­ет в себя вопро­сы, свя­зан­ные с под­держ­кой тех отрас­лей и тех пред­при­я­тий, кото­рые, если вдруг пой­дет все не так, будут наи­бо­лее под­вер­же­ны… санк­ци­ям». Одна­ко, если судить по пуб­ли­ка­ци­ям в СМИ, в воз­ду­хе повис вопрос о том, дол­жен ли Казах­стан в этой ситу­а­ции сохра­нять в преж­нем виде близ­кие отно­ше­ния с Рос­си­ей.
«Эко­но­ми­че­ская вза­и­мо­связь двух стран очень силь­на, поэто­му когда пло­хо в Рос­сии, это ска­зы­ва­ет­ся на ситу­а­ции в Казах­стане», — согла­ша­ет­ся экс­перт Тор­го­во-про­мыш­лен­ной пала­ты Рос­сии Эду­ард Беля­ев и ука­зы­ва­ет на то, что запад­ные санк­ции про­тив Рос­сии прак­ти­че­ски офи­ци­аль­но вне­се­ны руко­вод­ством РК в чис­ло рис­ков для сво­ей стра­ны.
Объ­ек­тив­но Рос­сия в све­те небла­го­при­ят­ной эко­но­ми­че­ской ситу­а­ции на дан­ный момент — боль­шая чугун­ная гиря, кото­рая меша­ет Казах­ста­ну бежать, про­дол­жа­ет Беля­ев. «Тео­ре­ти­че­ски лекар­ством в этой ситу­а­ции может высту­пить зна­чи­тель­ная дивер­си­фи­ка­ция внеш­не­тор­го­вых отно­ше­ний, но это про­цесс мно­го­лет­ний, а Рос­сия, тем более в све­те фор­ми­ро­ва­ния общих рын­ков в фор­ма­те ЕАЭС, оста­ет­ся выгод­ным и круп­ным внеш­не­тор­го­вым парт­не­ром», — счи­та­ет рос­сий­ский экс­перт.

Санкции — аргумент для многовекторности

«Основ­ная угро­за вве­де­ния ново­го паке­та аме­ри­кан­ских санк­ций заклю­ча­ет­ся не в его кон­крет­ном напол­не­нии, а в том, что они в прин­ци­пе есть. Казах­стан­ский рынок реа­ги­ру­ет оче­ред­ным паде­ни­ем тен­ге. С момен­та вве­де­ния санк­ций рубль упал в два раза к дол­ла­ру, а тен­ге даже к руб­лю упал на десять про­цен­тов. Паде­ние тен­ге нега­тив­но ска­зы­ва­ет­ся сра­зу на несколь­ких направ­ле­ни­ях. Во-пер­вых, доро­жа­ют внеш­ние зай­мы. Ком­па­ни­ям и бан­кам будет слож­нее их пога­шать — выруч­ка в тен­ге, а долг в дол­ла­рах. Подо­ро­жа­ет импорт. Это нега­тив­но может ска­зать­ся на инфля­ции и реаль­ных дохо­дах насе­ле­ния, кото­рые сни­жа­ют­ся уже вто­рой год под­ряд. Под опре­де­лен­ным уда­ром ока­жет­ся бан­ков­ская сфе­ра», — рас­суж­да­ет Эду­ард Беля­ев. При этом, по его оцен­ке, эти про­цес­сы все же не ска­жут­ся серьез­ным обра­зом на дина­ми­ке дву­сто­рон­них товар­но-эко­но­ми­че­ских отно­ше­ний. «Будет тяже­лее, но не до такой сте­пе­ни кри­тич­но­сти, что Казах­стан ска­жет — все, хва­тит», — пола­га­ет он.
«Одно­знач­но санк­ции США затра­ги­ва­ют Казах­стан опо­сре­до­ван­но через Рос­сию. Но я не уве­ре­на, что Аста­на на этот счет име­ет кон­крет­ный план. Ско­рее все­го, заяв­ле­ния мини­стра наци­о­наль­ной эко­но­ми­ки име­ют целью успо­ко­ить обще­ствен­ность и пред­при­ни­ма­те­лей. Но я убеж­де­на, что это допол­ни­тель­ный аргу­мент для Аста­ны про­дол­жать курс на мно­го­век­тор­ную поли­ти­ку. Это не зна­чит, что надо отка­зы­вать­ся от Рос­сии, кото­рая игра­ет боль­шую роль для эко­но­ми­ки Казах­ста­на. И, по край­ней мере, пока Нур­сул­тан Назар­ба­ев у вла­сти, раз­во­ро­та от Рос­сии не про­изой­дет. Но, види­мо, в нынеш­них усло­ви­ях может воз­рас­ти роль Китая», — рас­суж­да­ет сотруд­ни­ца Цен­тра восточ­но­ев­ро­пей­ских и меж­ду­на­род­ных иссле­до­ва­ний (ZOiS) Беа­те Эшмент (Beate Eschment).
«Рос­сия оста­ет­ся при­о­ри­тет­ным эко­но­ми­че­ским парт­не­ром Аста­ны, для кото­рой очень важ­но иметь в Москве ста­биль­но­го союз­ни­ка. С дру­гой сто­ро­ны, мно­го­век­тор­ная внеш­не­эко­но­ми­че­ская поли­ти­ка как кре­до Нур­сул­та­на Назар­ба­е­ва поз­во­ля­ет Казах­ста­ну манев­ри­ро­вать в сто­ро­ну от Рос­сии, когда ее эко­но­ми­ка дает сла­би­ну. Одна­ко если смот­реть на это реа­ли­стич­но, то столь уж боль­шо­го про­стран­ства для манев­ра у Аста­ны нет. Напри­мер, китай­ские инве­сти­ции видят­ся там как пози­тив­ный фак­тор, а вот уси­ле­ние вли­я­ния Пеки­на в Казах­стане, где насе­ле­ние к Китаю отно­сит­ся очень насто­ро­жен­но — как нега­тив­ный», — счи­та­ет немец­кий экс­перт по Цен­траль­ной Азии Миха­эль Лаубш (Michael Laubsch).

Санкции и транзит власти в Астане

Что каса­ет­ся «запад­но­го век­то­ра» в пла­нах Аста­ны, то сам «кол­лек­тив­ный Запад» не пред­ла­га­ет серьез­ных реше­ний, пола­га­ет Лаубш.
«На Запа­де нет стра­те­гии по отно­ше­нию к тому, как санк­ции в отно­ше­нии Моск­вы вли­я­ют на Казах­стан, и об этом осо­бо не дума­ют. Вни­ма­ние сфо­ку­си­ро­ва­но на том, как санк­ции отра­жа­ют­ся на самой Рос­сии, на том, как это вли­я­ет на поли­ти­че­скую ситу­а­цию на восто­ке Укра­и­ны», — ука­зы­ва­ет он, хотя дела­ет ого­вор­ку, что в Евро­пе инте­ре­су­ют­ся китай­ским про­ек­том ново­го «Шел­ко­во­го пути», и пони­ма­ют, что Казах­стан в этом кон­тек­сте — важ­ный парт­нер, при­чем не толь­ко как постав­щик полез­ных иско­па­е­мых, но и как транс­порт­ный путь из Китая в Евро­пу», — про­дол­жа­ет он.
Но в Казах­стане, кото­рый, по усто­яв­ше­му­ся мне­нию мно­гих наблю­да­те­лей, всту­пил в пери­од тран­зи­та вла­сти, эли­ты могут исполь­зо­вать сло­жив­шу­ю­ся ситу­а­цию с санк­ци­я­ми во внут­ри­по­ли­ти­че­ской борь­бе. Хотя «труд­но гово­рить о пра­вя­щем клас­се или эли­тах в Казах­стане», — счи­та­ет Беа­те Эшмент. «Есть отдель­ные груп­пы, име­ю­щие раз­лич­ные инте­ре­сы, в первую оче­редь эко­но­ми­че­ские. Сре­ди них вели­ка груп­па, кото­рая ори­ен­ти­ро­ва­на на Рос­сию. Есть те, кто гля­дит в сто­ро­ну ЕС. Но сре­ди моло­дых каза­хов, сумев­ших занять пози­ции во вла­сти, силь­ны настро­е­ния ско­рее наци­о­на­ли­сти­че­ские — дескать, ни на кого не нуж­но ори­ен­ти­ро­вать­ся», — гово­рит она.

Вызовут ли санкции США в отношении РФ обратный эффект?

«Ситу­а­ция с санк­ци­я­ми — это аргу­мент для тех, кто выска­зы­ва­ет­ся за отда­ле­ние от Рос­сии, но я не думаю, что сего­дня этот взгляд может утвер­дить­ся в реаль­ной поли­ти­ке в Астане. Есть гораз­до более важ­ный фак­тор, кото­рый игра­ет роль в фор­ми­ро­ва­нии ее поли­ти­че­ской повест­ки — это идея неко­е­го сою­за цен­траль­но­ази­ат­ских госу­дарств, кото­рые сов­мест­но высту­па­ли бы на поли­ти­че­ской арене и име­ли бы боль­ше сил для утвер­жде­ния сво­их инте­ре­сов в отно­ше­ни­ях и с РФ, и с КНР», — пола­га­ет собе­сед­ни­ца DW.
Эду­ард Беля­ев ука­зы­ва­ет на то, что тема нега­тив­но­го вли­я­ния анти­рос­сий­ских санк­ций на эко­но­ми­че­скую ситу­а­цию в РК — атри­бут не столь­ко внут­ри­по­ли­ти­че­ско­го, сколь­ко инфор­ма­ци­он­но­го дис­кур­са, хотя может слу­жить и инстру­мен­том во внут­ри­по­ли­ти­че­ской борь­бе. «В опре­де­лен­ных аспек­тах сво­ей поли­ти­ки Казах­стан повер­нут лицом к Запа­ду. Это каса­ет­ся аме­ри­кан­ских и бри­тан­ских ТНК, аме­ри­кан­ских НПО и евро­пей­ских фон­дов. Зна­чи­тель­ная часть моло­деж­но­го кры­ла совре­мен­ной эли­ты Казах­ста­на про­шла обу­че­ние в запад­ных обра­зо­ва­тель­ных учре­жде­ни­ях. Но нега­тив­ное воз­дей­ствие запад­ных санк­ций на ситу­а­цию в Казах­стане может вызвать и обрат­ный эффект — санк­ции под­ры­ва­ют и дове­рие к США и ЕС. Это настро­е­ние в кон­так­тах с фигу­ра­ми из управ­лен­че­ско­го кор­пу­са Казах­ста­на ощу­ти­мо», — утвер­жда­ет рос­сий­ский экс­перт.
В свою оче­редь Миха­эль Лаубш исхо­дит из того, что казах­стан­ские эли­ты, ско­рее все­го, поста­ра­ют­ся занять выжи­да­тель­ную пози­цию, и, в част­но­сти, будут наблю­дать за теми про­цес­са­ми, кото­рые про­изой­дут в ЕС в бли­жай­шем году — в первую оче­редь за раз­лич­ны­ми выбо­ра­ми, от кото­рых, воз­мож­но, зави­сит более быст­рое или более дол­гое сня­тие с Рос­сии санк­ций.



от редакции

Что каса­ет­ся вли­я­ния санк­ций США про­тив Рос­сии на эко­но­ми­ку Казах­ста­на в целом и на деваль­ва­цию тен­ге в част­но­сти, то редак­ции «Новой» — Казах­стан» бли­же объ­яс­не­ние извест­но­го рос­сий­ско­го эко­но­ми­ста Андрея Мов­ча­на. Вот что он пишет в сво­ем посте на Фейс­бу­ке, кото­рый мы допол­ни­ли сво­и­ми встав­ка­ми (они выде­ле­ны чер­ным): «Рав­но­вес­ный курс руб­ля (тен­ге) в усло­ви­ях отсут­ствия покуп­ки валю­ты для Мин­фи­на при нынеш­ней цене на нефть в $78 за барр. состав­ля­ет 50 руб. (275 тен­ге). Об этом «РИА Ново­сти» заявил гла­ва Минэко­но­мраз­ви­тия Мак­сим Ореш­кин в кулу­а­рах Восточ­но­го эко­но­ми­че­ско­го фору­ма (ВЭФ).

Исхо­дя из нашей с Киреу моде­ли (см ста­тьи на Кар­не­ги ру), рав­но­вес­ный курс руб­ля к дол­ла­ру при такой неф­ти состав­ля­ет 49,87 (275 тен­ге).

При­ят­но, когда Мин­фин исполь­зу­ет пра­виль­ную модель, осо­бен­но раз­ра­бо­тан­ную тобой. Но теперь воз­ни­ка­ет вопрос: раз­ни­ца в 40%, кото­рую созда­ет [нет, конеч­но, не «крат­ко­сроч­ный отток инве­сто­ров», там сле­зы типа 10 млрд дол­ла­ров], а поли­ти­ка ЦБ (Нац­бан­ка) и Мин­фи­на по скуп­ке валю­ты под эмис­сию руб­лей (тен­ге) (меч­та же Гла­зье­ва, что он недо­во­лен?) — эта раз­ни­ца, кото­рая так удоб­на бюд­же­ту (для него и сде­ла­на), и экс­пор­те­рам (они же наше всё) — так вот, как ско­ро такая раз­ни­ца добьет инду­стрию, кото­рая про­из­во­дит това­ры для внут­рен­не­го рын­ка из ино­стран­но­го сырья?

То есть, имен­но ту инду­стрию, кото­рая, заку­пая сырье (про­дукт с низ­кой добав­лен­ной сто­и­мо­стью), дела­ет из него товар (про­дукт с высо­кой добав­лен­ной сто­и­мо­стью) и фор­ми­ру­ет осно­ву любой эко­но­ми­ки, кото­рая хочет назы­вать себя раз­ви­той, эффек­тив­ной, высо­ко­мар­жи­наль­ной и так далее?

То есть, конеч­но, всё же ясно — нуж­ны день­ги на май­ские ука­зы (у нас это раз­лич­ные соци­аль­ные про­грам­мы, ни одна из кото­рых не была выпол­не­на), то есть — на корм­ле­ние десят­ка семей, кото­рые их транс­фор­ми­ру­ют в при­бы­ли, полу­чив соот­вет­ству­ю­щие мега­под­ря­ды. Эти день­ги добы­ва­ют­ся за счет повы­ше­ния нало­гов (НДС), сокра­ще­ния соци­аль­ных выплат(пенсии) и — моне­тар­ной поли­ти­ки (сни­же­ние кур­са руб­ля (тен­ге), это налог на всех полу­ча­те­лей руб­ле­во­го (тен­го­во­го) дохо­да, а полу­ча­те­ли валют­но­го дохо­да у нас и так обло­же­ны).

Но это же билет в один конец для эко­но­ми­ки, это там хоть кто-нибудь пони­ма­ет? Может, опро­сить всех дру­зей Оуше­на, может, ради стра­ны они согла­сят­ся зара­ба­ты­вать не по мил­ли­ар­ду дол­ла­ров в год, а хоть по 500 млн? Может, хва­тит про­во­дить поли­ти­ку ослаб­ле­ния руб­ля (тен­ге) — тем более что это уни­каль­ная поли­ти­ка для стра­ны, чьи резер­вы рас­тут и уже состав­ля­ют почти два года экс­пор­та, инфля­ция низ­кая, а ВВП не рас­тет? Я думаю, доста­точ­но пере­стать поку­пать валю­ту и объ­явить, что это — дол­го­сроч­ная поли­ти­ка, и мы уви­дим 60 (330). Хоть как-то лег­че нор­маль­ной эко­но­ми­ке».

Пола­га­ем, что при­кры­ва­ясь аме­ри­кан­ски­ми санк­ци­я­ми про­тив Рос­сии (про­тив Казах­ста­на ника­ких же санк­ций нет), наш Наци­о­наль­ный банк и Мин­фин про­сто ско­пи­ро­ва­ли рос­сий­ское ноу-хау, о кото­ром выше напи­сал Мов­чан и точ­но так же искус­ствен­но деваль­ви­ро­ва­ли тен­ге, что­бы таким цинич­ным и бес­хит­рост­ным спо­со­бом попол­нить за счет нало­го­пла­тель­щи­ков бюд­жет, а заод­но и кар­ма­ны уже наших экс­пор­те­ров сырья, то есть десят­ка семей, кото­рые их транс­фор­ми­ру­ют в при­бы­ли.

Дей­стви­тель­но, при­чем тут анти­рос­сий­ские санк­ции, тем более что Рос­сия (вопре­ки утвер­жде­ни­ям неко­то­рых цити­ру­е­мых выше экс­пер­тов) не глав­ный тор­го­вый парт­нер Казах­ста­на (глав­ные — Евро­пей­ский Союз и Китай) и не глав­ный инве­стор. Кста­ти, один из глав­ных инве­сто­ров в казах­стан­скую эко­но­ми­ку как раз-таки США (вто­рые после Нидер­лан­дов), а РФ толь­ко седь­мая. С Рос­си­ей же у Казах­ста­на в рам­ках ЕАЭС в послед­ние годы сплош­ные про­бле­мы: она вся­че­ски огра­ни­чи­ва­ет доступ казах­стан­ской про­дук­ции на свои рын­ки, строя нашим про­из­во­ди­те­лям сплош­ные пре­по­ны.

А вот для нашей вла­сти и обле­пив­ших ее оли­гар­хов анти­рос­сий­ских санк­ций США пре­крас­ная шир­ма, при­кры­ва­ю­щая их эко­но­ми­че­ские про­сче­ты и поз­во­ля­ю­щая тому само­му «десят­ку семей, кор­мя­ще­му­ся от бюд­же­та» еще боль­ше набить кар­ма­ны. Так что, если бы этих санк­ций не было — сто­и­ло бы их выду­матьВ

19.09.2018

Вита­лий ВОЛКОВ, DW

Ори­ги­нал ста­тьи: Новая Газе­та Казах­стан