Казахстан и КНР: страхи, ожидания, перспективы

Вза­и­мо­от­но­ше­ния Казах­ста­на с Кита­ем нахо­дят­ся на боль­шом подъ­еме. Назар­ба­ев даже назвал их образ­цо­вы­ми. Мно­гие в Казах­стане ожи­да­ют, что казах­стан­ско-китай­ское сотруд­ни­че­ство бла­го­твор­но ска­жет­ся на их уровне жиз­ни. Одна­ко при этом еще есть мно­го стра­хов в отно­ше­нии буду­ще­го Китая в Казах­стане, пото­му что казах­стан­ско-китай­ские отно­ше­ния дале­ко не про­стые.

Раз­ные ожи­да­ния китай­ско­го эко­но­ми­че­ско­го чуда

В Казах­стане начи­на­ет раз­во­ра­чи­вать­ся 51 пред­при­я­тие на общую сум­му око­ло 27,9 млрд. дол­ла­ров, что при­ве­дет к созда­нию поряд­ка 20 тысяч новых рабо­чих мест. При­чем уже вве­де­ны в строй 3 про­ек­та. Шесть про­ек­тов нахо­дят­ся на конеч­ной ста­дии реа­ли­за­ции. Сло­вом, для Казах­ста­на может быть огром­ная поль­за от все­го Эко­но­ми­че­ско­го поя­са шел­ко­во­го пути. Подав­ля­ю­щее боль­шин­ство казах­стан­цев ждут эко­но­ми­че­ский бум, улуч­ше­ние уров­ня жиз­ни в Казах­стане после реа­ли­за­ции китай­ских инве­сти­ций. Осо­бен­но силь­но наде­ет­ся на это казах­ская пра­вя­щая эли­та, пола­га­ю­щая, что бла­го­да­ря это­му мож­но будет сни­зить соци­аль­ную напря­жен­ность в казах­стан­ском обще­стве. Впро­чем, есть осно­ва­ния пола­гать, что наша эли­та ждет от Китая эко­но­ми­че­ско­го чуда пре­иму­ще­ствен­но в целях про­цве­та­ния сво­е­го лич­но­го биз­не­са, кото­рый одно вре­мя ока­зал­ся в кри­зи­се на фоне сни­же­ния миро­вых цен на нефть, метал­лы.

Назы­ва­ют­ся раз­ные циф­ры инве­сти­ций Китая в Казах­стан. Есть све­де­ния, что их боль­ше 70 млрд дол­ла­ров. По китай­ским дан­ным, общий объ­ем инве­сти­ций Китая в Казах­стан состав­ля­ет боль­ше 42,8 млрд дол­ла­ров. Наци­о­наль­ный банк РК сооб­ща­ет, что сово­куп­ный объ­ем инве­сти­ций Китая в Казах­стан на 31 мар­та 2017 г. был равен 15,2 млрд долл. Даже если учи­ты­вать, что Нац­банк в то вре­мя не мог знать об инве­сти­ци­он­ных согла­ше­ни­ях июня 2017 года, все рав­но оста­ют­ся вопро­сы, посколь­ку июнь­ские 22 согла­ше­ния были на сум­му 7 млрд дол­ла­ров. Такое же несов­па­де­ние казах­стан­ских и китай­ских стат­дан­ных наблю­да­ет­ся, напри­мер, по казах­стан­ско-китай­ской тор­гов­ле [1]. Неко­то­рые экс­пер­ты пола­га­ют, что Казах­стан зани­жа­ет дан­ные по тор­гов­ле с Кита­ем, види­мо, из-за «серых» схем на таможне, когда мно­го това­ров, по сути, заво­зят­ся и выво­зят­ся кон­тра­банд­ным путем.

Таким обра­зом, нель­зя исклю­чать, что вся эта нераз­бе­ри­ха с опре­де­ле­ни­ем объ­е­ма китай­ских инве­сти­ций озна­ча­ет, что казах­ская эли­та, воз­мож­но, име­ет какую-то «долю» в этих инве­сти­ци­ях. Суще­ству­ют пред­по­ло­же­ния о том, что парт­не­ра­ми китай­ских ком­па­ний по их инве­сти­ци­ям в Казах­стан явля­ют­ся пред­ста­ви­те­ли казах­стан­ской эли­ты, име­ю­щие капи­та­ло­вло­же­ния на фон­до­вых рын­ках, в бан­ках Китая.

Управ­ля­е­мая кита­е­фо­бия

В то же вре­мя казах­ская пра­вя­щая эли­та, по всей види­мо­сти, боит­ся стать мари­о­нет­ка­ми Пеки­на после таких мас­штаб­ных китай­ских эко­но­ми­че­ских про­ек­тов. Не слу­чай­но в казах­стан­ском обще­стве доволь­но широ­ко арти­ку­ли­ру­ет­ся «китай­ская угро­за». Кита­е­фо­бия под­дер­жи­ва­ет­ся не толь­ко исто­ри­че­ским про­шлым, инфор­ма­ци­ей о «гряз­ных» китай­ских про­из­вод­ствах, кото­рые будут пере­не­се­ны и в Казах­стан; «попыт­ка­ми» Китая при­ва­ти­зи­ро­вать боль­шие объ­е­мы наших сель­ско­хо­зяй­ствен­ных уго­дий; но и так­же име­ю­щи­ми­ся фак­та­ми неза­кон­ных аре­стов этни­че­ских каза­хов в Синьц­зяне. О «китай­ской угро­зе» гово­рит­ся в раз­ных роли­ках, напри­мер, по мес­сенж­де­ру WhatsApp. Слож­но пред­ста­вить, что эти мас­со­вые рас­сыл­ки в Казах­стане могут делать какие-то част­ные лица…

Пред­по­ла­га­ет­ся, что про­шед­шие в 2016 году резо­нанс­ные митин­ги по вопро­су земель­ной рефор­мы направ­ля­лись казах­стан­ски­ми вла­стя­ми. Так, ано­ним­ные источ­ни­ки в соци­аль­ных сетях сооб­ща­ли, что руко­вод­ство ряда пред­при­я­тий неф­тя­ной отрас­ли Аты­ра­уской обла­сти чуть ли не реко­мен­до­ва­ла сво­им рабо­чим при­нять уча­стие в извест­ном митин­ге в г. Аты­рау, 24 апре­ля 2016 года. Полу­ча­ет­ся, что М. Бока­е­ва и Т. Аяна вла­сти исполь­зо­ва­ли втем­ную в сво­их инте­ре­сах, как яко­бы основ­ных орга­ни­за­то­ров и вдох­но­ви­те­лей дан­но­го митин­га. Какие же это инте­ре­сы, поми­мо ука­зан­ных выше?

Не исклю­че­но, что Пекин про­сил Аста­ну пере­дать ему в част­ное вла­де­ние те сель­ско­хо­зяй­ствен­ные зем­ли, на кото­рых раз­во­ра­чи­ва­ет­ся сей­час дея­тель­ность ряда заво­дов китай­ских агро­кор­по­ра­ций. Вслед за полу­че­ни­ем тако­го пра­ва китай­цы мог­ли бы взять под кон­троль боль­шую часть сель­ско­го хозяй­ства Казах­ста­на, что, конеч­но, не устра­и­ва­ет мно­гих круп­ных казах­стан­ских эли­та­ри­ев, вла­де­ю­щих боль­ши­ми наде­ла­ми сель­ско­хо­зяй­ствен­ных уго­дий. В довер­ше­ние все­го наши вла­сти пони­ма­ют, что такой раз­во­рот собы­тий может при­ве­сти к соци­аль­но­му взры­ву, посколь­ку сель­ское хозяй­ство явля­ет­ся одним из клю­че­вых источ­ни­ков жиз­не­де­я­тель­но­сти, про­пи­та­ния для мно­гих про­стых казах­стан­цев.

Нерав­ное парт­нер­ство

Таким обра­зом, казах­ская эли­та, казах­ское обще­ство опа­са­ют­ся быть погло­щен­ны­ми огром­ным «китай­ским дра­ко­ном», зача­стую рас­смат­ри­вая инве­сти­ции, круп­ные про­ек­ты Китая, как эко­но­ми­че­скую и гео­по­ли­ти­че­скую экс­пан­сию, нерав­ное парт­нер­ство. У казах­ской эли­ты были пово­ды, что­бы уви­деть волюн­та­рист­ские дей­ствия Пеки­на, ска­жем, по про­бле­ме транс­гра­нич­ных рек. Вопрос водо­де­ле­ния транс­гра­нич­ных рек Казах­ста­на и Китая до сих пор не раз­ре­шен, хотя китай­ская сто­ро­на заяв­ля­ла, что не будет ущем­лять наши инте­ре­сы в этом деле. Про­ве­де­но более два­дца­ти раз­ных меж­пра­ви­тель­ствен­ных засе­да­ний по дан­ной про­бле­ме, но воз и ныне там.

Еще в 2011 году я писал о том, что «КНР в пол­ной мере пла­ни­ру­ет исполь­зо­вать сто­ки рек Чер­ный Иртыш, Или…затянуть раз­ре­ше­ние про­бле­мы водо­де­ле­ния и охра­ны транс­гра­нич­ных рек» [2]. Более того, в насто­я­щее вре­мя суще­ству­ет угро­за пол­но­го обме­ле­ния реки Или, озе­ра Бал­хаш и Кап­ша­гай­ско­го водо­хра­ни­ли­ща. В Китае есть план по пово­ро­ту сто­ка Или на Тарим­скую впа­ди­ну и озе­ро Эби­нур [3]. В этой свя­зи отме­тим, что масти­тый казах­стан­ский кита­е­вед К. Сыро­еж­кин, глав­ный науч­ный сотруд­ник Казах­стан­ско­го инсти­ту­та стра­те­ги­че­ских иссле­до­ва­ний при пре­зи­ден­те РК, отме­ча­ет рост внеш­не­по­ли­ти­че­ских амби­ций Пеки­на [4] и рас­смат­ри­ва­ет Эко­но­ми­че­ский пояс Вели­ко­го Шел­ко­во­го пути, как «эко­но­ми­че­скую экс­пан­сию», добав­ляя, что «китай­цы не аль­тру­и­сты, и они про­сто так день­ги нико­гда давать не будут» [5].

Акти­ви­за­ция мяг­кой силы Китая

Подо­гре­ва­ет стра­хи отно­си­тель­но «китай­ской угро­зы» акти­ви­за­ция «мяг­кой силы» Китая в Казах­стане. В послед­нее вре­мя Пекин широ­ко реа­ли­зу­ет раз­ные пиар про­ек­ты по раз­ви­тию пози­тив­но­го ими­джа Китая, китай­ской куль­ту­ры, китай­ских про­ек­тов в Казах­стане, направ­лен­ных в первую оче­редь на снижение/преодоление высо­ко­го уров­ня кита­е­фо­бии в казах­стан­ском обще­стве. Пер­вым таким про­ек­том в куль­тур­ной сфе­ре дол­жен стать сов­мест­ный казах­стан­ско-китай­ский фильм о люб­ви китай­ца к казах­ской девуш­ке в Казах­стане. Все эти уси­лия при­но­сят свои пло­ды, тем более, что китай­ские пред­при­я­тия в неко­то­рых наших реги­о­нах созда­ют соци­аль­но-эко­но­ми­че­ский кли­мат. В Запад­ном Казах­стане, к при­ме­ру, уже ста­ло нор­мой, что, зная китай­ский язык мож­но най­ти хоро­шую рабо­ту.

К тому же Китай, дума­ет­ся, настро­ен, что­бы мас­сы китай­цев нача­ли осва­и­вать Казах­стан, пусти­лись туда рабо­тать, делать биз­нес, вслед за мас­штаб­ны­ми инве­сти­ци­я­ми, про­ек­та­ми. Неспро­ста Пекин рабо­та­ет так­же над созда­ни­ем пози­тив­но­го обра­за каза­хов, Казах­ста­на внут­ри Китая. На китай­ском теле­ви­де­нии широ­ко транс­ли­ро­ва­ли доку­мен­таль­ный «Китай и Казах­стан: исто­рии друж­бы». По казах­стан­ским теле­ка­на­лам пока­зы­ва­ли доку­мен­таль­ные филь­мы про китай­скую куль­ту­ру, жизнь «Китай на кон­чи­ке язы­ка», «Семья на коле­сах», китай­ские теле­се­ри­а­лы. Ина­че гово­ря, сама казах­стан­ская эли­та спо­соб­ству­ет про­дви­же­нию китай­ской «мяг­кой силы» в Казах­стане. При­ме­ча­тель­но, что в нача­ле про­шло­го года Дари­га Назар­ба­е­ва заяви­ла о необ­хо­ди­мо­сти изу­чать наря­ду с рус­ским, англий­ским, казах­ским и китай­ский язык, посколь­ку, дескать, он ско­ро будет нужен всем. Тем самым, соб­ствен­но, очер­че­но гипо­те­ти­че­ское буду­щее казах­стан­ско-китай­ско­го сотруд­ни­че­ства:

Праг­ма­ти­че­ское сотруд­ни­че­ство без дове­рия

Несмот­ря на недо­ве­рие казах­ской эли­ты к устрем­ле­ни­ям Китая в Казах­стане, праг­ма­тич­ный инте­рес все же берет верх. Казах­стан­ский поли­ти­че­ский про­цесс направ­ля­ют эли­ты, кон­тро­ли­ру­ю­щие рынок метал­лов. И имен­но эта наша эли­та боль­ше все­го про­дви­ну­лась в раз­ви­тии вза­и­мо­вы­год­ных свя­зей с Кита­ем, где суще­ству­ет высо­кий спрос на рафи­ни­ро­ван­ную медь, мед­ные спла­вы, мед­ные руды, кон­цен­тра­ты, фер­ро­спла­вы и др [6]. Отме­чу, что в свое вре­мя суще­ствен­ная часть китай­ских кре­ди­тов выда­ва­лись Казах­ста­ну для метал­лур­ги­че­ских пред­при­я­тий, а боль­шин­ство круп­ней­ших китай­ских пред­при­я­тий, пере­но­си­мых в Казах­стан, отно­сят­ся к сфе­ре раз­ра­бот­ки и пере­ра­бот­ке метал­лов.

Сотруд­ни­че­ство с Кита­ем для казах­ской пра­вя­щей эли­ты орга­нич­но впи­сы­ва­ет­ся в офи­ци­аль­ную мно­го­век­тор­ную стра­те­гию обес­пе­че­ния без­опас­но­сти, тем паче, что казах­стан­ский биз­нес недав­но испы­ты­вал боль­шие про­бле­мы с тран­зи­том гру­зов из Евро­пы, Тур­ции через тер­ри­то­рию Рос­сии. Поэто­му китай­ский Шел­ко­вый путь, углуб­ле­ние вза­и­мо­от­но­ше­ний с Кита­ем обес­пе­чи­ва­ют для Аста­ны аль­тер­на­тив­ный выход к миро­во­му оке­а­ну, на евро­пей­ский рынок, дивер­си­фи­ка­цию лич­но­го биз­не­са, одним из основ­ных потре­би­те­лей про­дук­тов кото­ро­го явля­ет­ся Китай. Одна­ко это не озна­ча­ет, что вслед за этим пой­дет серьез­ное дистан­ци­ро­ва­ние от Моск­вы. Рос­сия явля­ет­ся важ­ным парт­не­ром в деле сдер­жи­ва­ния геге­мо­нии Пеки­на в Казах­стане, в том чис­ле с помо­щью ЕАЭС, ОДКБ.

Кро­ме того, Аста­на пони­ма­ет, что сотруд­ни­че­ство с Кита­ем помо­жет более шире открыть воро­та в миро­вые цепоч­ки добав­лен­ной сто­и­мо­сти, посколь­ку для китай­ско­го биз­не­са наи­бо­лее пред­по­чти­тель­ным эко­но­ми­че­ским парт­не­ром явля­ют­ся раз­ви­тые стра­ны Запа­да, осо­бен­но США, что так­же нема­ло­важ­но на фоне кон­флик­та Рос­сии и Запа­да. Аста­на заин­те­ре­со­ва­на в заим­ство­ва­нии кон­ку­рен­то­спо­соб­ных в мире новей­ших китай­ских тех­но­ло­гий в обла­сти метал­лур­ги­че­ской про­мыш­лен­но­сти, неф­те­хи­мии, IT, сель­ско­хо­зяй­ствен­ных удоб­ре­ний и т.д.

Праг­ма­тич­ные инте­ре­сы казах­ской пра­вя­щей эли­ты сов­па­да­ют с инте­ре­са­ми Китая в отно­ше­нии Казах­ста­на. При­чем тран­зит­но-транс­порт­ные воз­мож­но­сти Казах­ста­на, его обшир­ные про­мыш­лен­ные и сель­ско­хо­зяй­ствен­ные сырье­вые ресур­сы, види­мо, не явля­ют­ся стра­те­ги­че­ским при­о­ри­те­том для Пеки­на. В слу­чае с нами стра­те­ги­че­ский инте­рес Пеки­на заклю­ча­ет­ся, ско­рей все­го, в казах­стан­ском куль­тур­ном и гео­гра­фи­че­ском кон­тек­сте, поз­во­ля­ю­щим стать Казах­ста­ну неким про­вод­ни­ком устрем­ле­ний Китая сре­ди дру­гих наро­дов пост­со­вет­ско­го про­стран­ства. При этом осо­бую важ­ность для Пеки­на пред­став­ля­ет спо­соб­ность Казах­ста­на быть неким дове­ри­тель­ным посред­ни­ком в раз­лич­ных выгод­ных кон­так­тах с Рос­си­ей. В этом плане Казах­стан для Китая явля­ет­ся окном вхо­да на рын­ки Рос­сии, дру­гих евро­пей­ских чле­нов ЕАЭС, сбы­та там раз­лич­ной китай­ской про­дук­ции.

Тал­гат МАМЫРАЙЫМОВ, неза­ви­си­мый поли­то­лог

Ори­ги­нал ста­тьи: ALMAKZ.info

Widgetized Section

Go to Admin » appearance » Widgets » and move a widget into Advertise Widget Zone