fbpx

Досым САТПАЕВ: «Казахстан загнал себя в ловушку, выход из которой может стоить очень дорого»

18.04.2018

Вла­ди­мир РАДИОНОВ, Каз­ТАГ

Евразийский экономический союз (ЕАЭС) на четвертом году своего существования так и остается аморфной организацией в силу того, что его участники по-разному представляют себе цель объединения.

Рос­сия, круп­ней­ший эко­но­ми­че­ский игрок в ЕАЭС, пери­о­ди­че­ски при­ме­ря­ет на себя роль «стар­ше­го бра­та» для дру­гих участ­ни­ков, пото­му что пред­став­ля­ет себе союз объ­еди­не­ни­ем поли­ти­че­ским, отсю­да – и заяв­ле­ния рос­сий­ских высо­ко­по­став­лен­ных лиц о том, что все поли­ти­че­ские ини­ци­а­ти­вы стран-участ­ниц долж­ны согла­со­вы­вать­ся с Крем­лем.
Так счи­та­ет дирек­тор Груп­пы оцен­ки рис­ков Досым Сат­па­ев. Мы попро­си­ли поли­то­ло­га про­ком­мен­ти­ро­вать подоб­ные заяв­ле­ния Рос­сии в отно­ше­нии Казах­ста­на и оце­нить жиз­не­спо­соб­ность ЕАЭС в ближ­не­сроч­ной и даль­не­сроч­ной пер­спек­ти­вах, а так­же выска­зать свое виде­ние, как и куда Казах­ста­ну выгод­нее инте­гри­ро­вать­ся с уче­том суве­ре­ни­те­та и наци­о­наль­ных инте­ре­сов.

– Досым Асыл­бе­ко­вич, давай­те нач­нем с заяв­ле­ния мини­стра ино­стран­ных дел РФ Сер­гея Лав­ро­ва о том, что Казах­стан дол­жен согла­со­вы­вать свои ини­ци­а­ти­вы (в част­но­сти – без­ви­зо­вый въезд для граж­дан США на опре­де­лен­ный срок) с парт­не­ра­ми по ЕАЭС. Рас­це­ни­ва­е­те ли Вы это заяв­ле­ние как вме­ша­тель­ство Рос­сии в дела суве­рен­но­го госу­дар­ства? Если да, насколь­ко это серьез­но?
– Наш МИД отре­а­ги­ро­вал на это заяв­ле­ние совер­шен­но пра­виль­но. Дей­стви­тель­но, ЕАЭС изна­чаль­но пози­ци­о­ни­ро­вал­ся как эко­но­ми­че­ское объ­еди­не­ние, без любых наме­ре­ний уста­нав­ли­вать общие пра­ви­ла игры в сфе­ре поли­ти­че­ской. Осо­бен­но – опре­де­ле­ния внут­рен­ней и внеш­ней поли­ти­ки госу­дарств, вхо­дя­щих в союз.
Про­бле­ма в том, что с момен­та созда­ния вна­ча­ле Тамо­жен­но­го сою­за (ТС), а потом и ЕАЭС Рос­сия доволь­но упор­но про­дви­га­ет идею, что Евразий­ский союз – это боль­ше для нее поли­ти­че­ское объ­еди­не­ние. Так вот, когда в 2010 году созда­ва­ли ТС, я изна­чаль­но был жест­ким кри­ти­ком это­го объ­еди­не­ния, пото­му что тяже­ло создать объ­еди­не­ние, когда три участ­ни­ка – Рос­сия, Бела­русь и Казах­стан – ста­вят изна­чаль­но раз­ные цели.
Для Рос­сии это про­ект более гео­по­ли­ти­че­ский. Изна­чаль­но кон­фликт с Укра­и­ной про­изо­шел из-за чего? В чис­ле про­че­го и из-за того, что Укра­и­на отка­за­лась вой­ти в Тамо­жен­ный союз. Рос­сия таким про­цес­сом «соби­ра­ния земель» наме­ре­ва­лась создать некое еди­ное ско­ор­ди­ни­ро­ван­ное в ее пони­ма­нии поли­ти­че­ское поле. И заяв­ле­ние С. Лав­ро­ва укла­ды­ва­ет­ся в этот опас­ный тренд, тем более что такая же болезнь наблю­да­ет­ся и в Орга­ни­за­ции дого­во­ра о кол­лек­тив­ной без­опас­но­сти (ОДКБ).
Когда Нико­лай Бор­дю­жа был ген­се­ком ОДКБ, с его сто­ро­ны так­же зву­ча­ли заяв­ле­ния подоб­но­го рода. В част­но­сти, когда нача­лись серьез­ные тре­ния меж­ду Рос­си­ей и НАТО после извест­ных собы­тий в Укра­ине, он откро­вен­но заяв­лял, что ОДКБ долж­на выра­зить без­ого­во­роч­ную под­держ­ку Рос­сии, при­знать, что НАТО – угро­за. Но это про­ти­во­ре­чит нашей воен­ной док­трине, в кото­рой ука­за­но, что вза­и­мо­дей­ствие с НАТО для Казах­ста­на – важ­ное направ­ле­ние воен­но­го сотруд­ни­че­ства.
Далее, когда турец­ки­ми ВВС был сбит рос­сий­ский само­лет, пред­ста­ви­тель Арме­нии в ОДКБ сде­лал скан­даль­ное заяв­ле­ние, что все участ­ни­ки осуж­да­ют Тур­цию и под­дер­жи­ва­ют Рос­сию. Пред­ста­ви­те­ли Казах­ста­на, Бела­ру­си и Кыр­гыз­ста­на заяви­ли, что никто не име­ет пра­ва высту­пать от име­ни этих госу­дарств, тем более что речь идет о внеш­ней поли­ти­ке. Вот вам все­го пара при­ме­ров раз­но­чте­ний, как для себя пони­ма­ют и ОДКБ, и ЕАЭС участ­ни­ки объ­еди­не­ний.
– Еще один рос­сий­ский поли­тик – депу­тат Гос­ду­мы Кон­стан­тин Зату­лин – не так дав­но заявил, что Казах­стан актив­но про­ти­вил­ся созда­нию над­на­ци­о­наль­ных орга­нов, в част­но­сти, Пар­ла­мент­ской ассам­блеи ЕАЭС. На Ваш взгляд, так ли явно это сопро­тив­ле­ние и чем оно обу­слов­ле­но?
– Когда несколь­ко лет назад Рос­сия в лице неко­то­рых поли­ти­ков высту­пи­ла с пред­ло­же­ни­ем создать над­на­ци­о­наль­ный орган ЕАЭС, Казах­стан адек­ват­но заявил, что в нашей наци­о­наль­ной повест­ке дня этот вопрос не сто­ит, рав­но как и вве­де­ние еди­ной валю­ты. Кста­ти, послед­нее пред­ло­же­ние вызва­ло нега­тив­ную реак­цию не толь­ко у Казах­ста­на, но и у Бела­ру­си.
Но вер­нем­ся к над­на­ци­о­наль­но­му орга­ну. Мне кажет­ся, что все попыт­ки Рос­сии про­лоб­би­ро­вать созда­ние над­на­ци­о­наль­но­го орга­на в любом слу­чае пред­став­ля­ют­ся для нас непри­ем­ле­мы­ми. Поче­му? Кон­фрон­та­ция меж­ду Рос­си­ей и Запа­дом будет толь­ко уси­ли­вать­ся, и рас­тя­нет­ся на дол­гие годы. А «дело Скри­па­ля» в Вели­ко­бри­та­нии, вызвав­шее мощ­ней­ший дипло­ма­ти­че­ский скан­дал, при­ве­дет к тому, что санк­ци­он­ные меры уси­лит и ЕС.
О чем это гово­рит? Рос­сию пре­вра­ща­ют в стра­ну-изгоя. А мы как стра­на, откры­тая миру, долж­ны учи­ты­вать этот риск. Стра­на-изгой будет ста­рать­ся втя­нуть нас в свою кон­фрон­та­цию, и мы уже это наблю­да­ем. Недав­но помощ­ник рос­сий­ско­го пре­зи­ден­та Вла­ди­слав Сур­ков заявил, что для Рос­сии насту­па­ет «эпо­ха 14+», в тече­ние кото­рой у Рос­сии может быть «сто (две­сти? три­ста?) лет гео­по­ли­ти­че­ско­го оди­но­че­ства». Суть это­го «гео­по­ли­ти­че­ско­го оди­но­че­ства» он объ­яс­ня­ет извест­ной фра­зой: «У Рос­сии толь­ко два союз­ни­ка – армия и флот».
И, судя по все­му, крем­лев­ские идео­ло­ги в этот мир захо­тят затя­нуть сво­их парт­не­ров по ЕАЭС и ОДКБ, что­бы свое «гео­по­ли­ти­че­ское оди­но­че­ство» Рос­сия пере­но­си­ла лег­че. Насто­ра­жи­ва­ет так­же то, что лето­ис­чис­ле­ние новой эпо­хи В. Сур­ков берет с 2014 года, когда про­изо­шел кон­фликт с Укра­и­ной. Это зна­чит, что кон­фрон­та­ци­он­ный стиль внеш­ней поли­ти­ки Рос­сии будет пре­ва­ли­ро­вать по прин­ци­пу «кто не с нами, тот про­тив нас».
Неуди­ви­тель­но, что вве­ден­ный Казах­ста­ном без­ви­зо­вый режим для граж­дан США и дру­гих стран был вос­при­нят Рос­си­ей как удар в спи­ну. А с нашей сто­ро­ны это все­го лишь повы­ше­ние инве­сти­ци­он­ной при­вле­ка­тель­но­сти. И мож­но пред­по­ло­жить, что часть капи­та­ла, изна­чаль­но пред­на­зна­чав­ша­я­ся для Рос­сии, может уйти в Казах­стан. Нам надо вни­ма­тель­но и осто­рож­но оце­ни­вать все рис­ки, свя­зан­ные с ЕАЭС, сло­жив­ши­е­ся с уче­том изме­нив­шей­ся гео­по­ли­ти­че­ской обста­нов­ки.
– Согла­сен, что поли­ти­че­ские рис­ки при­сут­ству­ют, что же тво­рит­ся в эко­но­ми­ке?
– Эко­но­ми­че­скую несо­сто­я­тель­ность ЕАЭС уже про­де­мон­стри­ро­вал – мы ниче­го от это­го не полу­чи­ли, сплош­ные про­бле­мы. Любое инте­гра­ци­он­ное объ­еди­не­ние – это не сти­раль­ный поро­шок. Ему нуж­на не рекла­ма, а резуль­та­тив­ность и эффек­тив­ность, в первую оче­редь с точ­ки зре­ния выгод для про­стых людей и биз­не­са. Но ЕАЭС как раз напо­ми­на­ет нека­че­ствен­ный сти­раль­ный поро­шок, от кото­ро­го сей­час боль­ше пены, чем кон­ку­рент­ных резуль­та­тов.
Теперь вхо­дим в фазу гео­по­ли­ти­че­ских про­блем. Репу­та­ция ЕАЭС подо­рва­на гео­по­ли­ти­че­ски­ми игра­ми Рос­сии, кото­рая часто ста­ви­ла сво­их парт­не­ров по инте­гра­ци­он­но­му про­ек­ту перед фак­том уже при­ня­тых реше­ний, послед­ствия кото­рых, пря­мо или кос­вен­но, били по эко­но­ми­че­ским и поли­ти­че­ским инте­ре­сам не толь­ко Казах­ста­на, но и Бела­ру­си. Если вни­ма­тель­но при­смот­реть­ся, то вклю­че­ние Арме­нии и Кыр­гыз­ста­на в ряды участ­ни­ков ЕАЭС так­же боль­ше име­ло поли­ти­че­скую состав­ля­ю­щую, чем эко­но­ми­че­скую. Тем самым Москва пыта­лась ско­ло­тить внут­ри дан­ной инте­гра­ци­он­ной струк­ту­ры соб­ствен­ную груп­пу лояль­ных к себе госу­дарств после того, как у Рос­сии воз­ник­ли явные сомне­ния в лояль­но­сти того же Мин­ска или Аста­ны.
Нема­ло­важ­ный момент, на кото­рый хотел бы обра­тить вни­ма­ние, – это актив­но обсуж­да­е­мая в рос­сий­ской экс­порт­ной сре­де тема объ­еди­не­ния ЕАЭС и китай­ско­го про­ек­та «Эко­но­ми­че­ский пояс Шел­ко­во­го пути». Но сле­ду­ет отме­тить, что этот про­ект, в осо­бен­но­сти его сухо­пут­ная часть, конеч­ной сво­ей целью име­ет полу­че­ние инфра­струк­тур­но­го досту­па имен­но на запад­ные рын­ки. В то вре­мя как Рос­сия сей­час, наобо­рот, пыта­ет­ся пере­ори­ен­ти­ро­вать мно­гие свои про­ек­ты в восточ­ном направ­ле­нии. И пока непо­нят­но, как сов­ме­стить рос­сий­ский пово­рот на Восток и китай­ский пово­рот на Запад. Есть осно­ва для про­ти­во­ре­чий.
К тому же Пекин хоро­шо пони­ма­ет, что дол­го­сроч­ные пер­спек­ти­вы ЕАЭС доволь­но сомни­тель­ные – по при­чине боль­шо­го коли­че­ства внут­рен­них и внеш­них про­блем, кото­рые не будут реше­ны в свя­зи с уве­ли­че­ни­ем раз­но­гла­сий меж­ду все­ми участ­ни­ка­ми это­го инте­гра­ци­он­но­го объ­еди­не­ния. Тем более что буду­щее этой реги­о­наль­ной орга­ни­за­ции очень туман­но после сме­ны вла­сти в том же Казах­стане или Бела­ру­си.
– Когда толь­ко созда­ва­лись ТС и ЕАЭС, обще­ство коле­ба­лось в оцен­ках: мол, пожи­вем – уви­дим. Про­шло четы­ре года. Что мы уви­де­ли? И насколь­ко необ­хо­дим для Казах­ста­на и вооб­ще жиз­не­спо­со­бен ЕАЭС?
– Про­гно­зы ряда экс­пер­тов и мои в том чис­ле, что и ТС, и ЕАЭС – про­ек­ты мерт­во­рож­ден­ные и не будут рабо­тать, в конеч­ном сче­те, оправ­да­лись. У Шар­ля де Гол­ля, когда созда­вал­ся Евро­пей­ский союз, тоже был скеп­сис: «Невоз­мож­но сде­лать яич­ни­цу из яиц, кото­рые сва­ре­ны вкру­тую». Но он ошиб­ся, ЕС в ито­ге состо­ял­ся. А ошиб­ся фран­цуз­ский пре­зи­дент, пото­му что не учел очень важ­ные момен­ты, кото­рые эти стра­ны объ­еди­ня­ли: тра­ги­че­ский исто­ри­че­ский опыт мно­го­чис­лен­ных кон­флик­тов, вза­и­мо­до­пол­ня­е­мость эко­но­мик и общая поли­ти­че­ская ори­ен­та­ция на демо­кра­тию.
– Но у стран ЕАЭС тоже есть общая исто­рия…
– Исто­рия исто­рии рознь. В Евро­пе им при­шлось учить­ся на жест­ких ошиб­ках раз­ме­же­ва­ния и кон­фрон­та­ции во вре­мя двух миро­вых войн, что под­толк­ну­ло их к объ­еди­не­нию, в том чис­ле ради обес­пе­че­ния более дол­го­сроч­ной без­опас­но­сти. У нас же общая совет­ская исто­рия с боль­шим коли­че­ством тра­ги­че­ских стра­ниц, репрес­си­я­ми и тоталь­ным кон­тро­лем, наобо­рот, заста­ви­ла совет­ские рес­пуб­ли­ки в нача­ле 90-х годов раз­бе­жать­ся в раз­ные сто­ро­ны. Мно­гие из них уже не хоте­ли видеть в Москве глав­ный центр при­ня­тия поли­ти­че­ских и эко­но­ми­че­ских реше­ний.
Что каса­ет­ся эко­но­ми­ки, то, с одной сто­ро­ны, Рос­сия и в боль­шей сте­пе­ни Казах­стан – сырье­вые госу­дар­ства. Они не вза­и­мо­до­пол­ня­ют друг дру­га. Тес­ная при­вяз­ка Казах­ста­на и Рос­сии к сырье­вой игле гово­рит о том, что в этих госу­дар­ствах пока не вид­но, что­бы на сме­ну сырье­во­му мен­та­ли­те­ту при­шел не бумаж­ный, а реаль­ный и необ­ра­ти­мый эко­но­ми­че­ский модер­ни­за­ци­он­ный тренд. Слож­но создать рабо­та­ю­щий союз меж­ду некон­ку­рен­то­спо­соб­ны­ми игро­ка­ми, тем более если эко­но­ми­ка неко­то­рых из них бази­ру­ет­ся толь­ко на экс­пор­те сырья.
Два мину­са не дают плю­са. Высо­кий уро­вень кор­руп­ции, чрез­мер­ное вме­ша­тель­ство госу­дар­ства в эко­но­ми­ку, раз­ду­тый бюро­кра­ти­че­ский аппа­рат, отсут­ствие пол­но­цен­ной рыноч­ной эко­но­ми­ки – эти про­бле­мы харак­тер­ны для всех участ­ни­ков Тамо­жен­но­го сою­за. Полу­ча­ет­ся, что поли­ти­че­ские реше­ния не под­креп­ля­ют­ся пол­но­цен­ной эко­но­ми­че­ской инфра­струк­ту­рой для вза­и­мо­дей­ствия.
К тому же нам нече­му поучить­ся у Рос­сии с точ­ки зре­ния тех­но­ло­ги­че­ских ноу-хау или той же чет­вер­той про­мыш­лен­ной рево­лю­ции. Это госу­дар­ство – инно­ва­ци­он­ный аут­сай­дер, где если и есть тех­но­ло­ги­че­ские про­ры­вы, то толь­ко в воен­но-про­мыш­лен­ном ком­плек­се, как во вре­ме­на СССР.
С дру­гой сто­ро­ны, было бы наив­но пола­гать, что уча­стие Казах­ста­на в тех или иных реги­о­наль­ных объ­еди­не­ни­ях авто­ма­ти­че­ски повы­ша­ет нашу кон­ку­рен­то­спо­соб­ность, если внут­ри стра­ны для это­го дела­ет­ся не так мно­го. Если госу­дар­ство име­ет боль­шое коли­че­ство внут­рен­них эко­но­ми­че­ских и поли­ти­че­ских про­блем, кото­рые меша­ют быть ему кон­ку­рен­то­спо­соб­ным в рам­ках гло­баль­ной эко­но­ми­ки, то ника­кой союз не помо­жет.
– Были какие-то про­сче­ты со сто­ро­ны Казах­ста­на?
– В чем была ошиб­ка Казах­ста­на на эта­пе созда­ния эко­но­ми­че­ских свя­зей с сосе­дя­ми? Нам не надо было заго­нять себя в ловуш­ку инте­гра­ци­он­но­го объ­еди­не­ния. Начи­нать надо было с точеч­ных про­ек­тов, напри­мер, в рам­ках при­гра­нич­но­го сотруд­ни­че­ства. И рас­тя­нуть это на 5 – 10 лет: нала­дить тес­ное вза­и­мо­дей­ствие с реги­о­на­ми, убрать все погра­нич­ные вопро­сы и посмот­реть, как это будет рабо­тать. Мы же уско­ри­ли про­цесс, и глав­ная ошиб­ка Казах­ста­на – мы кину­лись в воду, не умея пла­вать.
И любые эко­но­ми­че­ские про­бле­мы Рос­сии авто­ма­ти­че­ски бьют по нам как по чле­ну ЕАЭС, начи­ная от паде­ния кур­са руб­ля и закан­чи­вая вве­де­ни­ем новых анти­рос­сий­ских санк­ций. Мы уяз­ви­мы по всем направ­ле­ни­ям. А поче­му? Пото­му что, не поду­мав, загна­ли себя в ловуш­ку, вый­ти из кото­рой слож­нее, чем вой­ти. Нас никто не застав­лял, шты­ка­ми не под­тал­ки­вал. И когда пре­зи­дент (Нур­сул­тан Назар­ба­ев – Каз­ТАГ) уйдет, он оста­вит наслед­ство, но какое? Он оста­вит уча­стие Казах­ста­на в про­ек­те, кото­рый эко­но­ми­че­ски недее­спо­со­бен, а поли­ти­че­ски опа­сен.
– Пере­чис­ляя мину­сы уча­стия Казах­ста­на в ЕАЭС, Вы гово­ри­те совер­шен­но об оче­вид­ных вещах. А гла­ва госу­дар­ства это­го не видит или явля­ет­ся залож­ни­ком ситу­а­ции, пото­му что в свое вре­мя сам был ини­ци­а­то­ром инте­гра­ции?
– Навер­ное, вто­рой вари­ант бли­же к истине. В отли­чие от, ска­жем, Мин­ска, Аста­на слиш­ком эмо­ци­о­наль­но отно­сит­ся к это­му про­ек­ту, Нур­сул­тан Назар­ба­ев пози­ци­о­ни­ру­ет его как свое дети­ще, как поли­ти­че­ское наслед­ство, кото­рое он хочет после себя оста­вить. А Путин, так ска­зать, под­ки­ды­ва­ет уго­лек в этот костер, что зату­ма­ни­ва­ет взор на реаль­ные про­бле­мы объ­еди­не­ния. Что же каса­ет­ся окру­же­ния, то понят­но, что никто пре­зи­ден­ту не ска­жет всей прав­ды, там игра­ют по пра­ви­лам, кото­рые елба­сы уста­но­вил. А раз пре­зи­дент отно­сит­ся к ЕАЭС как к сво­е­му дети­щу, то понят­но, ему видит­ся боль­ше плю­сов, чем мину­сов.
– И тем не менее, воз­мо­жен ли выход Казах­ста­на из ЕАЭС? Или хотя бы пере­смотр дого­во­ра?
– ЕАЭС – не Cosa Nostra, отку­да мож­но вый­ти толь­ко нога­ми впе­ред. В прин­ци­пе любое объ­еди­не­ние пред­по­ла­га­ет про­це­ду­ру вхож­де­ния, обсуж­де­ния, пере­смот­ра пра­вил игры и выхо­да. Это­го никто не исклю­ча­ет. Но если вдруг зав­тра Казах­стан и заявит о пере­смот­ре усло­вий, Рос­сия одно­знач­но будет про­тив. Ее устра­и­ва­ет суще­ству­ю­щий дого­вор, пото­му что он отра­жа­ет ее наци­о­наль­ные инте­ре­сы.
Если мы толь­ко объ­явим о наме­ре­нии выхо­да, в Рос­сии это одно­знач­но вос­при­мут как враж­деб­ный шаг, как в свое вре­мя рас­це­ни­ли неже­ла­ние Укра­и­ны вой­ти в ТС. Рос­сия пока­за­ла, как она может исполь­зо­вать мето­ды гибрид­ной вой­ны. Вот и воз­ни­ка­ют заяв­ле­ния Лав­ро­ва, Нарыш­ки­на и про­чих по пово­ду поли­ти­че­ских момен­тов, о том, что Казах­стан дол­жен заду­мы­вать­ся о созда­нии поли­ти­че­ско­го сою­за, еди­но­го обо­рон­но­го про­стран­ства, согла­со­вы­вать внеш­не­по­ли­ти­че­ские ини­ци­а­ти­вы.
Пред­ста­ви­те­ли рос­сий­ской поли­ти­че­ской эли­ты мыс­лят кате­го­ри­я­ми «кто не с нами – тот про­тив нас». Момен­таль­но в рос­сий­ской прес­се нач­нут­ся выступ­ле­ния поли­ти­че­ских дея­те­лей, что Казах­стан пре­да­ет инте­ре­сы вза­и­мо­дей­ствия, пыта­ет­ся вый­ти из рус­ско­го мира, что в руко­вод­стве засе­ли враж­деб­ные силы, кото­рые пыта­ют­ся пере­ори­ен­ти­ро­вать стра­ну в дру­гом направ­ле­нии. В общем, та фра­зео­ло­гия, что актив­но сей­час идет в отно­ше­нии Укра­и­ны, будет упо­треб­лять­ся и в отно­ше­нии Казах­ста­на.
Пом­нит­ся, на рос­сий­ском ТВ в тот момент, когда гото­вил­ся про­ект по Тамо­жен­но­му сою­зу, появил­ся мно­го­се­рий­ный фильм «Крест­ный бать­ка» в отно­ше­нии Алек­сандра Лука­шен­ко. Понят­но, кино появи­лось не про­сто так – была опре­де­лен­ная уста­нов­ка, пото­му что А. Лука­шен­ко пытал­ся про­да­вить более выгод­ные для стра­ны усло­вия. И на него было ока­за­но дав­ле­ние через такой инфор­ма­ци­он­ный вброс. И это лиш­ний раз под­твер­жда­ет, что Рос­сия в любой момент может раз­вер­нуть свой инфор­ма­ци­он­ный и про­па­ган­дист­ский ресурс и про­тив Казах­ста­на.
– Как Вы дума­е­те, что будет с ЕАЭС, когда с поли­ти­че­ской аре­ны уйдут нынеш­ние гла­вы стран-участ­ниц?
– В чем осо­бен­ность внеш­ней поли­ти­ки наших стран? Она пер­со­ни­фи­ци­ро­ва­на, ее опре­де­ля­ют гла­вы госу­дарств, и она может быть либо откры­той, либо закры­той. Что каса­ет­ся уча­стия Казах­ста­на в ЕАЭС, все пони­ма­ют, что это – часть назар­ба­ев­ско­го вос­при­я­тия внеш­не­по­ли­ти­че­ской линии. Он пред­по­ла­гал, что закла­ды­ва­ет нечто дол­го­игра­ю­щее, на века, и его после ухо­да с поли­ти­че­ской сце­ны будут пом­нить инте­гра­то­ром.
Будет ли сле­ду­ю­щий пре­зи­дент отно­сить­ся к ЕАЭС так, как отно­сит­ся сего­дня Н. Назар­ба­ев? Навер­ня­ка будет некий пери­од инер­ции с сохра­не­ни­ем status quo. Но рано или позд­но внут­ри казах­стан­ско­го обще­ства уси­лит­ся тре­бо­ва­ние к новым эли­там поме­нять пра­ви­ла игры.
Кто бы ни при­шел к вла­сти после Н. Назар­ба­е­ва, он полу­чит иное обще­ство, неже­ли полу­чил нынеш­ний пре­зи­дент после рас­па­да СССР, хотя бы по этни­че­ско­му соста­ву. Сей­час более 60% насе­ле­ния – каза­хи, и наци­о­нал-пат­ри­о­ти­че­ские идеи в даль­ней­шем будут нахо­дить все более широ­кую под­держ­ку. И одной из этих идей будет пере­смотр вза­и­мо­от­но­ше­ний с Рос­си­ей, исхо­дя из наци­о­наль­ных инте­ре­сов Казах­ста­на.
Мно­гие счи­та­ют, что уча­стие в ЕАЭС боль­ше вре­дит Казах­ста­ну, и таких людей ста­нет еще боль­ше. Дав­ле­ние сни­зу будет уси­ли­вать­ся, но как новое руко­вод­ство будет к дав­ле­нию отно­сить­ся? Как бы не про­изо­шла из-за это­го кон­фрон­та­ция внут­ри Казах­ста­на. Так что пре­ем­ни­ку Н. Назар­ба­е­ва доста­нет­ся в наслед­ство не толь­ко уча­стие в неэф­фек­тив­ном объ­еди­не­нии, но и боль­шое коли­че­ство потен­ци­аль­ных точек кон­флик­та из-за это­го про­ек­та внут­ри Казах­ста­на, а к чему при­во­дит кон­фликт внут­ри обще­ства, мы видим на при­ме­ре Укра­и­ны. Сей­час эти настро­е­ния подав­ля­ют­ся и заго­ня­ют­ся в угол, но с ухо­дом пат­ри­ар­ха вый­дут на поверх­ность. Анти­евразий­ские настро­е­ния ста­нут мощ­ным поли­ти­че­ским мейн­стри­мом.
– Како­во же Ваше виде­ние внеш­не­по­ли­ти­че­ско­го кур­са Казах­ста­на?
– Инте­рес Казах­ста­на в том, что мы не долж­ны идти в фар­ва­те­ре како­го-то круп­но­го гео­по­ли­ти­че­ско­го игро­ка, нам не нужен «стар­ший брат» – ни в лице Рос­сии, ни в лице ино­го госу­дар­ства. Чрез­мер­ная при­вяз­ка к одно­му госу­дар­ству при нашем невы­со­ком потен­ци­а­ле (насе­ле­ние малень­кое, эко­но­ми­ка малень­кая, армия малень­кая, толь­ко тер­ри­то­рия боль­шая) при­ве­дет к тому, что мы все­гда будем в про­иг­ры­ше.
Может, нам есть чему поучить­ся, ска­жем, у Швей­ца­рии – как выжи­вать в окру­же­нии круп­ных и амби­ци­оз­ных госу­дарств, как сохра­нять пол­ный ней­тра­ли­тет на про­тя­же­нии несколь­ких сто­ле­тий и круп­ней­ших миро­вых войн. Мы же вле­за­ем во все­воз­мож­ные объ­еди­не­ния, явля­ясь, навер­ное, рекорд­сме­ном в мире по коли­че­ству уча­стия в раз­лич­ных сою­зах – СНГ, ОДКБ, ЕАЭС, СВМДА, ШОС, ОИС… Все это непло­хо, но при этом надо пони­мать, какие объ­еди­не­ния учи­ты­ва­ют наши наци­о­наль­ные инте­ре­сы и помо­га­ют раз­ви­вать­ся, а какие, напро­тив, тянут нас непо­нят­но в какие гео­по­ли­ти­че­ские дебри.
И ко все­му про­че­му мы себя пози­ци­о­ни­ру­ем как евразий­ское, а не цен­траль­но­ази­ат­ское госу­дар­ство. Я же счи­таю, что Казах­стан так­же дол­жен обра­щать боль­шее вни­ма­ние на цен­траль­но­ази­ат­скую реги­о­наль­ную коопе­ра­цию, чем актив­но вклю­чать­ся в ЕАЭС. И потен­ци­ал у нас есть.
Стра­ны Цен­траль­ной Азии долж­ны уси­лить реги­о­наль­ную коопе­ра­цию, что­бы не застрять в сырье­вой пери­фе­рий­ной зоне миро­вых эко­но­ми­че­ских про­цес­сов. Это в нема­лой сте­пе­ни зави­сит от гра­мот­но выстро­ен­ной реги­о­наль­ной поли­ти­ки с уча­сти­ем самих госу­дарств Цен­траль­ной Азии без посред­ни­ков. По сути, речь идет о выжи­ва­нии стран реги­о­на в каче­стве само­сто­я­тель­ных эко­но­ми­че­ских и поли­ти­че­ских акто­ров. Реги­он дол­жен быть эко­но­ми­че­ски кон­ку­рен­то­спо­соб­ным и поли­ти­че­ски ста­биль­ным в усло­ви­ях гло­баль­ных гео­по­ли­ти­че­ских изме­не­ний, кото­рые неред­ко созда­ют боль­ше хао­са, чем поряд­ка.
Поэто­му реги­о­наль­ная коопе­ра­ция – это не толь­ко рас­кры­тие эко­но­ми­че­ско­го потен­ци­а­ла все­го реги­о­на, но так­же эффек­тив­ная защи­та от недру­же­ствен­ных эко­но­ми­че­ских, поли­ти­че­ских и идео­ло­ги­че­ских интер­вен­ций со сто­ро­ны ста­рых и новых миро­вых цен­тров вли­я­ния.
– И все это – без созда­ния неко­е­го цен­траль­но­ази­ат­ско­го сою­за…
– Ни в коем слу­чае, зачем насту­пать на одни и те же граб­ли! Что такое реги­о­наль­ная коопе­ра­ция? Коопе­ра­ция по точеч­ным направ­ле­ни­ям. Давай­те нала­дим при­гра­нич­ное сотруд­ни­че­ство, созда­дим сво­бод­ные эко­но­ми­че­ские зоны, убрав гра­ни­цы с эко­но­ми­че­ской точ­ки зре­ния, нала­дим вод­но-энер­ге­ти­че­ское сотруд­ни­че­ство. Это все мож­но делать, не созда­вая ника­ко­го инте­гра­ци­он­но­го сою­за. По край­ней мере, не надо с этим торо­пить­ся. И уж тем более навя­зы­вать­ся в каче­стве «стар­ше­го бра­та», кото­ро­го ни Биш­кек, ни Душан­бе, ни Ашха­бад не потер­пят. То есть не надо повто­рять ошиб­ки, кото­рые в рам­ках ЕАЭС сего­дня совер­ша­ет Рос­сия.
ЕАЭС – пло­хой при­мер, на кото­ром мы долж­ны учить­ся, как не надо делать, а имен­но – не ста­вить поли­ти­ку выше эко­но­ми­ки. В сфе­ре реги­о­наль­но­го сотруд­ни­че­ства бал пра­вить долж­ны тех­но­кра­ты и биз­не­сме­ны, кото­рые быст­рее най­дут общий язык на осно­ве того же праг­ма­тиз­ма. Это, в свою оче­редь, долж­но при­ве­сти к тому, чего нам дав­но не хва­та­ет – к реги­о­наль­ной само­иден­ти­фи­ка­ции, когда все стра­ны реги­о­на будут свя­зы­вать свое буду­щее с пер­спек­ти­ва­ми раз­ви­тия все­го реги­о­на.

Ори­ги­нал ста­тьи: Новая Газе­та Казах­стан