Взгляд на политику из 2005 года. Часть III

Про­дол­жа­ем пуб­ли­ка­цию ста­тей, напи­сан­ных извест­ным казах­стан­ским уче­ным, док­то­ром исто­ри­че­ских наук Нур­бо­ла­том Маса­но­вым в 2005 году для учеб­ни­ка для акти­ви­стов  пар­тии «Демо­кра­ти­че­ский выбор Казахстана».

Эта рабо­та так и не была, к сожа­ле­нию, закон­че­на в свя­зи со смер­тью уче­но­го, но напи­сан­ное Нур­бо­ла­том Маса­но­вым  до сих пор акту­аль­но и дает  ясное пред­став­ле­ние о тен­ден­ци­ях в раз­ви­тии стра­ны со вре­ме­ни полу­че­ния Казах­ста­ном независимости.

Госу­дар­ствен­ная бюрократия

В совет­ское вре­мя в Казах­стане сфор­ми­ро­ва­лась ком­му­ни­сти­че­ская номен­кла­ту­ра, кото­рая была свя­за­на кру­го­вой пору­кой, чув­ством пол­ной без­на­ка­зан­но­сти и вза­им­ной кон­ку­рен­ции. Суще­ство­ва­ла номен­кла­ту­ра раз­но­го уров­ня – ЦК КПСС, рес­пуб­ли­кан­ско­го, област­но­го, город­ско­го и рай­он­но­го уровня.

После рас­па­да СССР и полу­че­ния неза­ви­си­мо­сти Казах­стан пошел по пути созда­ния сво­ей соб­ствен­ной бюро­кра­ти­че­ской систе­мы. С одной сто­ро­ны, в тече­ние 90-х гг. осу­ществ­ля­лась бес­ко­неч­ная пере­крой­ка струк­ту­ры орга­нов вла­сти, когда одни мини­стер­ства и ведом­ства или закры­ва­лись, или объ­еди­ня­лись, или вклю­ча­лись в состав дру­гих мини­стерств и ведомств. Мно­гие мини­стер­ства и ведом­ства созда­ва­лись сыз­но­ва – как бы с нуля.

Парал­лель­но это­му шел про­цесс бес­ко­неч­но­го отбо­ра кад­ров. Кад­ро­вая поли­ти­ка все­гда была клю­че­вым фак­то­ром во внут­ри­по­ли­ти­че­ской жиз­ни Казах­стан­ско­го госу­дар­ства. С помо­щью кад­ро­вых пере­ста­но­вок обо­зна­ча­лась при­о­ри­тет­ность реше­ния соци­аль­но-эко­но­ми­че­ских и обще­ствен­но-поли­ти­че­ских про­блем, этни­че­ских и прочих.

Спе­ци­фи­ка функ­ци­о­ни­ро­ва­ния бюро­кра­тии в неза­ви­си­мом Казах­стане заклю­ча­лась в том, что на сме­ну совет­ской номен­кла­ту­ре при­шла систе­ма патро­нат­но-кли­ент­ных отно­ше­ний. Клю­че­вую роль в кад­ро­вых назна­че­ни­ях ста­ла играть кад­ро­вая поли­ти­ка Пре­зи­ден­та Нур­сул­та­на Назар­ба­е­ва, кото­ро­му при­над­ле­жит пра­во назна­че­ния всех пред­ста­ви­те­лей испол­ни­тель­ной вла­сти всех ран­гов, в част­но­сти Каби­не­та мини­стров, орга­нов Про­ку­ра­ту­ры, Коми­те­та Наци­о­наль­ной без­опас­но­сти, судов всех инстан­ций и реги­о­наль­ной и мест­ной власти.

И если в совет­ское вре­мя суще­ство­ва­ла кор­по­ра­тив­ная номен­кла­ту­ра, кон­со­ли­ди­ро­ван­ная вокруг Ком­му­ни­сти­че­ской пар­тии, то в совре­мен­ном Казах­стане госу­дар­ствен­ная бюро­кра­тия всех уров­ней кон­со­ли­ди­ро­ва­на толь­ко вокруг пер­со­ны Нур­сул­та­на Назар­ба­е­ва, кото­рый через меха­низм все­об­щей кор­руп­ции в обмен на поли­ти­че­скую лояль­ность зару­чил­ся все­об­щей под­держ­кой пра­вя­ще­го класса.

Глав­ным мину­сом тако­го меха­низ­ма кон­со­ли­да­ции госу­дар­ствен­ной бюро­кра­тии явля­ет­ся то, что в сво­ей дея­тель­но­сти она реаль­но руко­вод­ству­ет­ся толь­ко лишь дву­мя фак­то­ра­ми. Во-пер­вых, она стре­мит­ся соот­вет­ство­вать поли­ти­че­ским и эко­но­ми­че­ским инте­ре­сам Н.Назарбаева и, во-вто­рых, ее лич­но за пре­де­ла­ми кор­руп­ци­он­ных инте­ре­сов ничто не бес­по­ко­ит, посколь­ку пол­но­стью отсут­ству­ет меха­низм обще­ствен­но­го кон­тро­ля за дея­тель­но­стью как клас­са бюро­кра­тии, так и отдель­ных чиновников.

В этом слу­чае инте­ре­сы само­го госу­дар­ства нахо­дят­ся дале­ко за пре­де­ла­ми сфе­ры инте­ре­сов госу­дар­ствен­ной бюро­кра­тии, они рас­по­ла­га­ют­ся как бы на пери­фе­рии обще­ствен­но-поли­ти­че­ской жиз­ни. На пер­вом месте свои лич­ные инте­ре­сы и инте­ре­сы выше­сто­я­ще­го патро­на. Имен­но поэто­му мно­гие реше­ния казах­стан­ских вла­стей не под­да­ют­ся логи­че­ско­му объ­яс­не­нию и не спо­соб­ству­ют удо­вле­тво­ре­нию обще­ствен­ных потребностей.

Важ­ным фак­то­ром жиз­не­де­я­тель­но­сти казах­стан­ской бюро­кра­тии явля­ет­ся систе­ма лич­ных свя­зей, непо­тизм, род­ство, кла­но­вость, зем­ля­че­ство. Одним из клю­че­вых фак­то­ров явля­ет­ся родо­пле­мен­ная систе­ма. При этом надо под­черк­нуть, что казах­ские “жузы-кла­ны” нико­гда не явля­лись функ­ци­о­наль­ны­ми орга­ни­за­ци­он­ны­ми струк­ту­ра­ми как это было и есть в Афри­ке и в неко­то­рых ази­ат­ских стра­нах или в сред­не­ве­ко­вой Шот­лан­дии. Жузы-кла­ны в Казах­стане – это преж­де все­го спо­соб мыш­ле­ния и интер­пре­та­ции про­ис­хо­дя­щих в соци­аль­ном про­стран­стве госу­дар­ствен­но-поли­ти­че­ских про­цес­сов и явле­ний сквозь приз­му гене­а­ло­ги­че­ско­го про­ис­хож­де­ния того или ино­го поли­ти­ка или чинов­ни­ка, или груп­пы бюро­кра­тов. Это спо­соб объ­яс­не­ния, интер­пре­та­ции и аргу­мен­та­ции, регла­мен­та­ции и регу­ли­ро­ва­ния про­цес­сов соци­аль­ной и поли­ти­че­ской кон­со­ли­да­ции общества.

В совет­ское вре­мя этот прин­цип интер­пре­та­ции обще­ствен­но-поли­ти­че­ских про­цес­сов, изна­чаль­но при­су­щий как родо­вой при­знак всем каза­хам-тра­ди­ци­о­на­ли­стам, транс­фор­ми­ро­вал­ся в уни­вер­саль­ный спо­соб осво­е­ния и иден­ти­фи­ка­ции про­ис­хо­дя­щих в стране поли­ти­че­ских про­цес­сов и кад­ро­вых пере­ста­но­вок в пар­тий­но-хозяй­ствен­ных и совет­ских орга­нах. Так каза­хи апри­о­ри оце­ни­ва­ли сте­пень вли­я­ния и авто­ри­те­та сво­е­го или дру­го­го жуза//рода//племени через их кад­ро­вое пред­ста­ви­тель­ство в струк­ту­рах власти.

Ина­че гово­ря, ста­тус и вли­я­ние того или ино­го жуза//рода//племени оце­ни­ва­лись соот­вет­ствен­но зани­ма­е­мым выход­ца­ми из него долж­но­стям. При этом они апри­о­ри мифо­ло­ги­зи­ро­ва­ли фигу­ру лиде­ра. Так, напри­мер, каза­хи Стар­ше­го жуза в свое вре­мя пре­воз­но­си­ли Пер­во­го сек­ре­та­ря ЦК Ком­пар­тии Казах­ста­на Дин­му­ха­ме­да Куна­е­ва, посколь­ку он счи­тал­ся выход­цем из груп­пы ысты из Стар­ше­го жуза и рас­смат­ри­вал­ся ими как «Свой». Тогда как каза­хи Сред­не­го и Млад­ше­го жуза на внут­ри­эт­ни­че­ском уровне нико­гда не вос­при­ни­ма­ли его как «Сво­е­го».

Ныне же в совре­мен­ном Казах­стане “кла­но­вый фак­тор” весь­ма важ­ный, но отнюдь не един­ствен­ный, спо­соб интер­пре­та­ции и харак­те­ри­сти­ки соци­аль­но-поли­ти­че­ских про­цес­сов и кад­ро­вых пере­ста­но­вок. Сей­час это ско­рее все­го важ­ный пси­хо­ло­ги­че­ский фак­тор, кото­рый вли­я­ет на поли­ти­че­скую жизнь обще­ства и более все­го ока­зы­ва­ет воз­дей­ствие на кад­ро­вую рас­ста­нов­ку раз­лич­ных чинов­ни­ков, их выбор и карьер­ное продвижение.

Это свя­за­но с тем, что люди рас­смат­ри­ва­ют свои ресур­сы и воз­мож­но­сти зача­стую сквозь приз­му неких импе­ра­тив­ных харак­те­ри­стик сво­ей “жузо­во-кла­но­вой” при­над­леж­но­сти. Есть сте­рео­тип­ные пред­став­ле­ния о том, какую роль игра­ют в поли­ти­че­ской жиз­ни обще­ства казах­ские жузы. Они доста­точ­но про­сты и понят­ны каж­до­му каза­ху. Их харак­те­ри­сти­ка зави­сит как от их гене­а­ло­ги­че­ско­го стар­шин­ства, так и от их чис­лен­но­сти. “Стар­ший жуз как стар­ший брат име­ет закон­ное пра­во управ­лять”, “Сред­ний жуз как самый мно­го­чис­лен­ный и обра­зо­ван­ный так­же впра­ве тре­бо­вать вла­сти”, “Млад­ший жуз как млад­ший брат и самый мало­чис­лен­ный не впра­ве тре­бо­вать вла­сти” и т.д.

Отсю­да “кла­но­вый фак­тор” опре­де­ля­ет как бы пра­во­мер­ность и уро­вень пре­тен­зий того или ино­го инди­ви­да на заня­тие той или иной долж­но­сти и пита­ет его амби­ци­оз­ные надеж­ды, опре­де­ля­ет закон­ность, леги­тим­ность его пре­бы­ва­ния в орга­нах вла­сти, вли­я­ет на воз­мож­ность играть само­сто­я­тель­ную роль в поли­ти­че­ской жиз­ни обще­ства. Имен­но “кла­но­вый фак­тор” неред­ко опре­де­ля­ет пре­де­лы пол­но­мо­чий чинов­ни­ка, пре­де­лы его вла­сти, пре­де­лы его про­дви­же­ния по служ­бе, пре­де­лы воз­мож­но­го мани­пу­ли­ро­ва­ния его дея­тель­но­стью, пре­де­лы его соци­аль­но­го про­стран­ства, пре­де­лы и сро­ки его пре­бы­ва­ния во вла­сти и т.д.

При этом не сто­ит забы­вать и о том, что ни один из жузов не явля­ет­ся доста­точ­но кон­со­ли­ди­ро­ван­ным и сре­ди каза­хов широ­ко рас­про­стра­не­но не толь­ко меж­кла­но­вое, но и внут­ри­кла­но­вое сопер­ни­че­ство. Мно­гое зави­сит от кон­крет­но­го реги­о­на и кон­крет­ных людей, но доста­точ­но хоро­шо извест­ным явля­ет­ся, напри­мер, сопер­ни­че­ство в Сред­нем жузе аргы­нов, най­ма­нов и кып­ча­ков, неко­то­рые из них тер­петь не могут друг дру­га. В Млад­шем жузе али­му­лин­цы и бай­у­лин­цы свы­со­ка отно­сят­ся к жеты­ру. В Стар­шем жузе более дру­гих вли­я­тель­ны шапра­шты и дула­ты, кото­рые пре­пят­ству­ют выдви­же­нию пред­ста­ви­те­лей дру­гих кла­нов. В Чим­кент­ской (ныне Южно-Казах­стан­ской) обла­сти все­гда име­ло место сопер­ни­че­ство меж­ду “стар­ше­жу­зов­ски­ми” дула­та­ми и “сред­не­жу­зов­ски­ми” конрадами.

В Казах­стане, где Пре­зи­ден­том Н.Назарбаевым уста­нов­лен режим лич­ной вла­сти, “кла­но­вость” явля­ет­ся чрез­вы­чай­но важ­ным фак­то­ром мани­пу­ли­ро­ва­ния обще­ствен­ным созна­ни­ем и кад­ро­вы­ми поста­ми и долж­но­стя­ми в лич­ных инте­ре­сах Пре­зи­ден­та с тем, что­бы не допу­стить кон­ку­рен­ции, кор­по­ра­тив­ной соли­дар­но­сти и кон­со­ли­да­ции, а так­же появ­ле­ния поли­ти­че­ских оппо­нен­тов в сфе­ре госу­дар­ствен­ной власти.

В этой свя­зи один из иссле­до­ва­те­лей совер­шен­но спра­вед­ли­во заме­тил, что “сре­ди тра­ди­ци­он­ных качеств, акту­а­ли­зи­ро­ван­ных в послед­нее вре­мя, осо­бен­но харак­тер­но уси­ле­ние трай­ба­лист­ских и кла­но­вых отно­ше­ний, про­изо­шед­шее в резуль­та­те “реге­не­ра­ции” сред­не­ве­ко­вых, а в Казах­стане – родо­пле­мен­ных, номад­ных отно­ше­ний, осо­бен­но в сель­ских мест­но­стях. На сло­вах они при­зна­ют­ся вред­ны­ми, а фак­ти­че­ски лега­ли­зо­ва­ны во всех рес­пуб­ли­ках ЦА без исклю­че­ния, посколь­ку под­дер­жи­ва­ют удоб­ную для режи­мов среду”*.

Неред­ко “кла­но­вый фак­тор” ста­но­вит­ся спо­со­бом про­ти­во­по­став­ле­ния амби­ций друг дру­гу, явля­ет­ся весь­ма свое­об­раз­ным тра­ди­ци­о­на­лист­ским меха­низ­мом сдер­жек и про­ти­во­ве­сов. Еще в быт­ность Д.Кунаева пар­тий­ным руко­во­ди­те­лем Казах­ста­на в соста­ве Бюро ЦК Ком­пар­тии Рес­пуб­ли­ки им была сде­ла­на став­ка на пар­тий­ных функ­ци­о­не­ров из Млад­ше­го жуза, посколь­ку они не мог­ли кон­ку­ри­ро­вать с ним за власть и не мог­ли стать его пре­ем­ни­ка­ми из-за мало­чис­лен­но­сти, недо­ста­точ­но­го вли­я­ния в сто­ли­це и тра­ди­ци­он­но­го про­жи­ва­ния в сель­ской местности.

Основ­ных же кон­ку­рен­тов из Сред­не­го жуза Д.Кунаев дер­жал все­гда на вто­ро­сте­пен­ных, хотя и фор­маль­но важ­ных пози­ци­ях – Пред­се­да­те­ля Сове­та Мини­стров, Сек­ре­та­рей Обко­мов пар­тии, но нико­гда не допус­кал их сколь­ко-нибудь серьез­но­го пред­ста­ви­тель­ства в соста­ве Бюро ЦК Ком­пар­тии Казахстана**.

При­мер­но ана­ло­гич­ным обра­зом выстра­и­ва­ет свою кад­ро­вую поли­ти­ку и нынеш­ний Пре­зи­дент Казах­ста­на Нур­сул­тан Назар­ба­ев. После полу­че­ния неза­ви­си­мо­сти, пони­мая недо­воль­ство и амби­ции поли­ти­че­ской эли­ты и интел­ли­ген­ции из Сред­не­го жуза – само­го мно­го­чис­лен­но­го и наи­бо­лее урба­ни­зи­ро­ван­но­го “жуза”, Н.Назарбаев все­гда имел при себе фор­маль­но­го пред­ста­ви­те­ля из Сред­не­го жуза, кото­рый дол­жен был быть пуб­лич­ным сви­де­тель­ством сба­лан­си­ро­ван­но­го харак­те­ра кад­ро­вой поли­ти­ки президента.

Такую роль хоро­шо испол­нял до 1996 г. вице-пре­зи­дент Ерик Асан­ба­ев, затем отправ­лен­ный в почет­ную дипло­ма­ти­че­скую ссыл­ку послом Казах­ста­на в Гер­ма­нию. Позд­нее фор­маль­ным сви­де­тель­ством рав­но­вес­но­сти жузов-кла­нов на выс­шем уровне по мыс­ли Пре­зи­ден­та дол­жен был быть Пре­мьер-Министр Аке­жан Каже­гель­дин, кото­рый одна­ко в гла­зах сред­не­жу­зов­ской интел­ли­ген­ции и поли­ти­че­ской эли­ты в тот пери­од тако­вым нико­гда не являл­ся, посколь­ку про­ис­хо­дил из одно­го из наи­ме­нее мало­чис­лен­ных родов Сред­не­го жуза – уаков. Ина­че гово­ря, сред­не­жу­зов­ская бюро­кра­тия как во вре­ме­на Д.Кунаева, так и ныне при Н.Назарбаеве долж­на была испол­нять роль послуш­ной кре­а­ту­ры с тем, что­бы в гла­зах обще­ствен­но­го мне­ния сим­во­ли­зи­ро­вать рав­ное пред­ста­ви­тель­ство всех “жузов-кла­нов” в орга­нах выс­шей власти.

Одна­ко в реаль­но­сти на самые важ­ные и клю­че­вые долж­но­сти в стране в послед­нее вре­мя все­гда назна­ча­ли либо пред­ста­ви­те­лей Стар­ше­го жуза, в основ­ном близ­ких род­ствен­ни­ков Н.Назарбаева, либо выход­цев из Млад­ше­го жуза, кото­рые не явля­ют­ся в гла­зах обще­ствен­но­го мне­ния леги­тим­ны­ми и кон­ку­рен­то­спо­соб­ны­ми пре­тен­ден­та­ми на власть и не могут играть сколь­ко-нибудь само­сто­я­тель­ную роль в поли­ти­че­ской жиз­ни обще­ства. Дан­ная тен­ден­ция, менее выра­жен­ная в пер­вые годы суве­рен­но­го раз­ви­тия Казах­ста­на, ныне ста­но­вит­ся все более акцен­ти­ро­ван­ной и по мере кон­цен­тра­ции всей пол­но­ты вла­сти лич­но в руках Пре­зи­ден­та Н.Назарбаева все более и более очевидной.

В насто­я­щее вре­мя в чис­ло 10–15 наи­бо­лее вли­я­тель­ных людей Казах­ста­на, реаль­но вли­я­ю­щих на при­ня­тие госу­дар­ствен­но важ­ных реше­ний, поми­мо само­го пре­зи­ден­та Н.Назарбаева вхо­дят в основ­ном его бли­жай­шие род­ствен­ни­ки или сопле­мен­ни­ки из Стар­ше­го жуза, в част­но­сти быв­ший гла­ва пре­зи­дент­ской адми­ни­стра­ции С.Калмырзаев, министр ино­стран­ных дел К.Токаев, спи­кер Сена­та Пар­ла­мен­та Н.Абыкаев, зам. пред­се­да­те­ля Сена­та О.Байгельди, мини­стра сель­ско­го хозяй­ства А.Есимова, пред­се­да­тель Вер­хов­но­го суда К.Мами, Пред­се­да­тель КНБ Н.Дутбаев, чле­ны семьи Пре­зи­ден­та, в част­но­сти стар­шая дочь Пре­зи­ден­та, гла­ва круп­ней­ше­го медиа-хол­дин­га Д.Назарбаева, ее муж пер­вый зам. Мини­стра ино­стран­ных дел Р.Алиев, пле­мян­ник Пре­зи­ден­та гене­рал КНБ К.Сатыбалды, вто­рой зять Пре­зи­ден­та Т.Кулибаев и др.

Мень­шее, но доста­точ­но серьез­ное пред­ста­ви­тель­ство в орга­нах выс­шей вла­сти име­ют выход­цы из Млад­ше­го жуза в лице быв­ше­го Пре­мьер-мини­стра Н.Балгимбаева, быв­ше­го спи­ке­ра Вер­хов­но­го сове­та и быв­ше­го Госу­дар­ствен­но­го сек­ре­та­ря А.Кекильбаева, зам. Гла­вы Пре­зи­дент­ской адми­ни­стра­ции М.Тажина, быв­ше­го пре­мье­ра И.Тасмагамбетова и др. Назна­че­ние Пре­зи­ден­том на клю­че­вые посты в пра­ви­тель­стве не леги­тим­ных в обще­ствен­ном созна­нии чинов­ни­ков из Млад­ше­го жуза спо­соб­ству­ет уси­ле­нию его вли­я­ния и явля­ет­ся весь­ма эффек­тив­ным спо­со­бом устра­не­ния воз­мож­ных оппо­нен­тов из поли­ти­че­ской жиз­ни общества.

Сред­ний жуз, не име­ю­щий сей­час сколь­ко-нибудь серьез­но­го и авто­ри­тет­но­го пред­ста­ви­тель­ства в струк­ту­рах выс­шей вла­сти, полу­чил весь­ма свое­об­раз­ную и как все­гда чисто фор­маль­ную ком­пен­са­цию в фак­те пере­но­са сто­ли­цы из Алма­ты, нахо­дя­щей­ся на тер­ри­то­рии тра­ди­ци­он­но­го рас­се­ле­ния каза­хов Стар­ше­го жуза, в Акмолу/Астану, нахо­дя­щу­ю­ся на тер­ри­то­рии тра­ди­ци­он­но­го рас­се­ле­ния каза­хов Сред­не­го жуза, а так­же в назна­че­нии лич­но пре­дан­но­го Д.Ахметова на пост пре­мьер-мини­стра и назна­че­нии У.Мухамеджанова на фор­маль­но вто­рую по зна­чи­мо­сти долж­ность спи­ке­ра Мажи­ли­са Пар­ла­мен­та. Весь­ма свое­об­раз­ной патро­нес­сой Сред­не­го жуза явля­ет­ся жена Н.Назарбаева Сара Назарбаева.

Что же каса­ет­ся серьез­ных пер­со­на­лий, то все сколь­ко-нибудь извест­ные поли­ти­че­ские лиде­ры Сред­не­го жуза ныне либо в оппо­зи­ции (быв­ший пре­мьер А.Кажегельдин, быв­ший Аким Г.Жакиянов, быв­ший спи­кер С.Абдильдин и мно­гие др.) либо про­сто не у дел (быв­ший глав­ный оппо­нент пре­зи­ден­та О.Сулейменов и др.).

Таким обра­зом, казах­ские жузы име­ют в насто­я­щее вре­мя несим­мет­рич­ное и непро­пор­ци­о­наль­ное “пред­ста­ви­тель­ство” в струк­ту­рах вла­сти с явным пере­ко­сом в поль­зу пред­ста­ви­тель­ства выход­цев из Стар­ше­го жуза в выс­ших эше­ло­нах власти.

Ина­че гово­ря, по мере кон­цен­тра­ции поли­ти­че­ской вла­сти в руках лич­но Н.Назарбаева кла­но­вый фак­тор из сим­во­ли­че­ско­го спо­со­ба и сред­ства рав­но­вес­но­го пред­ста­ви­тель­ства жузов-кла­нов в орга­нах выс­шей вла­сти, свое­об­раз­но­го меха­низ­ма “сдер­жек и про­ти­во­ве­сов” (в годы совет­ской вла­сти и в пер­вые 3–4 года суве­ре­ни­те­та) все более транс­фор­ми­ро­ва­лось в сред­ство отсе­и­ва­ния поли­ти­че­ских оппо­нен­тов, не леги­тим­но­сти бли­жай­ше­го окру­же­ния Пре­зи­ден­та с тем, что­бы создать вокруг фигу­ры Пре­зи­ден­та «пусты­ню», в кото­рой он мог бы пол­но­стью доми­ни­ро­вать и где бы не было места его воз­мож­ным оппо­нен­там и конкурентам.

Кла­но­вая диф­фе­рен­ци­а­ция обще­ства на Стар­ший, Сред­ний и Млад­ший жуз явля­ет­ся одним из наи­бо­лее ярких при­ме­ров казах­ской мар­ги­наль­но­сти, при­су­щей 95 % казах­ско­го аграр­но­го и мар­ги­наль­но­го насе­ле­ния и чуж­дой неболь­шой груп­пе потом­ствен­ных горо­жан каза­хов, явля­ю­щих­ся носи­те­ля­ми инди­ви­ду­а­ли­сти­че­ско­го обра­за жиз­ни и инди­ви­ду­а­ли­сти­че­ской мен­таль­но­сти. Она силь­но вли­я­ет на кад­ро­вую поли­ти­ку Пре­зи­ден­та и рас­ста­нов­ку сил внут­ри госу­дар­ствен­ной бюрократии.

*Аки­шев А.К. Ста­рые пла­тья новых ханов// Поли­ти­че­ская эли­та Казах­ста­на: исто­рия, совре­мен­ность, пер­спек­ти­вы. Мате­ри­а­лы “круг­ло­го сто­ла”, Алма­ты, 5 фев­ра­ля 2000 г. Алма­ты, 2000. С. 101.

** см.: Маса­нов Н.Э. Казах­ская поли­ти­че­ская и интел­лек­ту­аль­ная эли­та: кла­но­вая при­над­леж­ность и внут­ри­эт­ни­че­ское соперничество//Вестник Евра­зии. Acta Eurasica. N. 1 (2). Moсква, 1996. С. 46 – 61.

Про­дол­же­ние следует

…Преды­ду­щие ста­тьи серии читай­те по ссыл­кам: Взгляд на поли­ти­ку из 2005 года. Часть II, Взгляд на поли­ти­ку из 2005 года. Ч.I

Ори­ги­нал ста­тьи: The expert communication channel of Central Asia region Kazakhstan 2.0

You must be logged in to post a comment Login

Widgetized Section

Go to Admin » appearance » Widgets » and move a widget into Advertise Widget Zone