Взгляд на политику из 2005 года. Часть III

Продолжаем публикацию статей, написанных известным казахстанским ученым, доктором исторических наук Нурболатом Масановым в 2005 году для учебника для активистов  партии «Демократический выбор Казахстана».

Эта работа так и не была, к сожалению, закончена в связи со смертью ученого, но написанное Нурболатом Масановым  до сих пор актуально и дает  ясное представление о тенденциях в развитии страны со времени получения Казахстаном независимости.

Государственная бюрократия

В советское время в Казахстане сформировалась коммунистическая номенклатура, которая была связана круговой порукой, чувством полной безнаказанности и взаимной конкуренции. Существовала номенклатура разного уровня – ЦК КПСС, республиканского, областного, городского и районного уровня.

После распада СССР и получения независимости Казахстан пошел по пути создания своей собственной бюрократической системы. С одной стороны, в течение 90-х гг. осуществлялась бесконечная перекройка структуры органов власти, когда одни министерства и ведомства или закрывались, или объединялись, или включались в состав других министерств и ведомств. Многие министерства и ведомства создавались сызнова – как бы с нуля.

Параллельно этому шел процесс бесконечного отбора кадров. Кадровая политика всегда была ключевым фактором во внутриполитической жизни Казахстанского государства. С помощью кадровых перестановок обозначалась приоритетность решения социально-экономических и общественно-политических проблем, этнических и прочих.

Специфика функционирования бюрократии в независимом Казахстане заключалась в том, что на смену советской номенклатуре пришла система патронатно-клиентных отношений. Ключевую роль в кадровых назначениях стала играть кадровая политика Президента Нурсултана Назарбаева, которому принадлежит право назначения всех представителей исполнительной власти всех рангов, в частности Кабинета министров, органов Прокуратуры, Комитета Национальной безопасности, судов всех инстанций и региональной и местной власти.

И если в советское время существовала корпоративная номенклатура, консолидированная вокруг Коммунистической партии, то в современном Казахстане государственная бюрократия всех уровней консолидирована только вокруг персоны Нурсултана Назарбаева, который через механизм всеобщей коррупции в обмен на политическую лояльность заручился всеобщей поддержкой правящего класса.

Главным минусом такого механизма консолидации государственной бюрократии является то, что в своей деятельности она реально руководствуется только лишь двумя факторами. Во-первых, она стремится соответствовать политическим и экономическим интересам Н.Назарбаева и, во-вторых, ее лично за пределами коррупционных интересов ничто не беспокоит, поскольку полностью отсутствует механизм общественного контроля за деятельностью как класса бюрократии, так и отдельных чиновников.

В этом случае интересы самого государства находятся далеко за пределами сферы интересов государственной бюрократии, они располагаются как бы на периферии общественно-политической жизни. На первом месте свои личные интересы и интересы вышестоящего патрона. Именно поэтому многие решения казахстанских властей не поддаются логическому объяснению и не способствуют удовлетворению общественных потребностей.

Важным фактором жизнедеятельности казахстанской бюрократии является система личных связей, непотизм, родство, клановость, землячество. Одним из ключевых факторов является родоплеменная система. При этом надо подчеркнуть, что казахские “жузы-кланы” никогда не являлись функциональными организационными структурами как это было и есть в Африке и в некоторых азиатских странах или в средневековой Шотландии. Жузы-кланы в Казахстане – это прежде всего способ мышления и интерпретации происходящих в социальном пространстве государственно-политических процессов и явлений сквозь призму генеалогического происхождения того или иного политика или чиновника, или группы бюрократов. Это способ объяснения, интерпретации и аргументации, регламентации и регулирования процессов социальной и политической консолидации общества.

В советское время этот принцип интерпретации общественно-политических процессов, изначально присущий как родовой признак всем казахам-традиционалистам, трансформировался в универсальный способ освоения и идентификации происходящих в стране политических процессов и кадровых перестановок в партийно-хозяйственных и советских органах. Так казахи априори оценивали степень влияния и авторитета своего или другого жуза//рода//племени через их кадровое представительство в структурах власти.

Иначе говоря, статус и влияние того или иного жуза//рода//племени оценивались соответственно занимаемым выходцами из него должностям. При этом они априори мифологизировали фигуру лидера. Так, например, казахи Старшего жуза в свое время превозносили Первого секретаря ЦК Компартии Казахстана Динмухамеда Кунаева, поскольку он считался выходцем из группы ысты из Старшего жуза и рассматривался ими как «Свой». Тогда как казахи Среднего и Младшего жуза на внутриэтническом уровне никогда не воспринимали его как «Своего».

Ныне же в современном Казахстане “клановый фактор” весьма важный, но отнюдь не единственный, способ интерпретации и характеристики социально-политических процессов и кадровых перестановок. Сейчас это скорее всего важный психологический фактор, который влияет на политическую жизнь общества и более всего оказывает воздействие на кадровую расстановку различных чиновников, их выбор и карьерное продвижение.

Это связано с тем, что люди рассматривают свои ресурсы и возможности зачастую сквозь призму неких императивных характеристик своей “жузово-клановой” принадлежности. Есть стереотипные представления о том, какую роль играют в политической жизни общества казахские жузы. Они достаточно просты и понятны каждому казаху. Их характеристика зависит как от их генеалогического старшинства, так и от их численности. “Старший жуз как старший брат имеет законное право управлять”, “Средний жуз как самый многочисленный и образованный также вправе требовать власти”, “Младший жуз как младший брат и самый малочисленный не вправе требовать власти” и т.д.

Отсюда “клановый фактор” определяет как бы правомерность и уровень претензий того или иного индивида на занятие той или иной должности и питает его амбициозные надежды, определяет законность, легитимность его пребывания в органах власти, влияет на возможность играть самостоятельную роль в политической жизни общества. Именно “клановый фактор” нередко определяет пределы полномочий чиновника, пределы его власти, пределы его продвижения по службе, пределы возможного манипулирования его деятельностью, пределы его социального пространства, пределы и сроки его пребывания во власти и т.д.

При этом не стоит забывать и о том, что ни один из жузов не является достаточно консолидированным и среди казахов широко распространено не только межклановое, но и внутриклановое соперничество. Многое зависит от конкретного региона и конкретных людей, но достаточно хорошо известным является, например, соперничество в Среднем жузе аргынов, найманов и кыпчаков, некоторые из них терпеть не могут друг друга. В Младшем жузе алимулинцы и байулинцы свысока относятся к жетыру. В Старшем жузе более других влиятельны шапрашты и дулаты, которые препятствуют выдвижению представителей других кланов. В Чимкентской (ныне Южно-Казахстанской) области всегда имело место соперничество между “старшежузовскими” дулатами и “среднежузовскими” конрадами.

В Казахстане, где Президентом Н.Назарбаевым установлен режим личной власти, “клановость” является чрезвычайно важным фактором манипулирования общественным сознанием и кадровыми постами и должностями в личных интересах Президента с тем, чтобы не допустить конкуренции, корпоративной солидарности и консолидации, а также появления политических оппонентов в сфере государственной власти.

В этой связи один из исследователей совершенно справедливо заметил, что “среди традиционных качеств, актуализированных в последнее время, особенно характерно усиление трайбалистских и клановых отношений, произошедшее в результате “регенерации” средневековых, а в Казахстане – родоплеменных, номадных отношений, особенно в сельских местностях. На словах они признаются вредными, а фактически легализованы во всех республиках ЦА без исключения, поскольку поддерживают удобную для режимов среду”*.

Нередко “клановый фактор” становится способом противопоставления амбиций друг другу, является весьма своеобразным традиционалистским механизмом сдержек и противовесов. Еще в бытность Д.Кунаева партийным руководителем Казахстана в составе Бюро ЦК Компартии Республики им была сделана ставка на партийных функционеров из Младшего жуза, поскольку они не могли конкурировать с ним за власть и не могли стать его преемниками из-за малочисленности, недостаточного влияния в столице и традиционного проживания в сельской местности.

Основных же конкурентов из Среднего жуза Д.Кунаев держал всегда на второстепенных, хотя и формально важных позициях – Председателя Совета Министров, Секретарей Обкомов партии, но никогда не допускал их сколько-нибудь серьезного представительства в составе Бюро ЦК Компартии Казахстана**.

Примерно аналогичным образом выстраивает свою кадровую политику и нынешний Президент Казахстана Нурсултан Назарбаев. После получения независимости, понимая недовольство и амбиции политической элиты и интеллигенции из Среднего жуза – самого многочисленного и наиболее урбанизированного “жуза”, Н.Назарбаев всегда имел при себе формального представителя из Среднего жуза, который должен был быть публичным свидетельством сбалансированного характера кадровой политики президента.

Такую роль хорошо исполнял до 1996 г. вице-президент Ерик Асанбаев, затем отправленный в почетную дипломатическую ссылку послом Казахстана в Германию. Позднее формальным свидетельством равновесности жузов-кланов на высшем уровне по мысли Президента должен был быть Премьер-Министр Акежан Кажегельдин, который однако в глазах среднежузовской интеллигенции и политической элиты в тот период таковым никогда не являлся, поскольку происходил из одного из наименее малочисленных родов Среднего жуза – уаков. Иначе говоря, среднежузовская бюрократия как во времена Д.Кунаева, так и ныне при Н.Назарбаеве должна была исполнять роль послушной креатуры с тем, чтобы в глазах общественного мнения символизировать равное представительство всех “жузов-кланов” в органах высшей власти.

Однако в реальности на самые важные и ключевые должности в стране в последнее время всегда назначали либо представителей Старшего жуза, в основном близких родственников Н.Назарбаева, либо выходцев из Младшего жуза, которые не являются в глазах общественного мнения легитимными и конкурентоспособными претендентами на власть и не могут играть сколько-нибудь самостоятельную роль в политической жизни общества. Данная тенденция, менее выраженная в первые годы суверенного развития Казахстана, ныне становится все более акцентированной и по мере концентрации всей полноты власти лично в руках Президента Н.Назарбаева все более и более очевидной.

В настоящее время в число 10-15 наиболее влиятельных людей Казахстана, реально влияющих на принятие государственно важных решений, помимо самого президента Н.Назарбаева входят в основном его ближайшие родственники или соплеменники из Старшего жуза, в частности бывший глава президентской администрации С.Калмырзаев, министр иностранных дел К.Токаев, спикер Сената Парламента Н.Абыкаев, зам. председателя Сената О.Байгельди, министра сельского хозяйства А.Есимова, председатель Верховного суда К.Мами, Председатель КНБ Н.Дутбаев, члены семьи Президента, в частности старшая дочь Президента, глава крупнейшего медиа-холдинга Д.Назарбаева, ее муж первый зам. Министра иностранных дел Р.Алиев, племянник Президента генерал КНБ К.Сатыбалды, второй зять Президента Т.Кулибаев и др.

Меньшее, но достаточно серьезное представительство в органах высшей власти имеют выходцы из Младшего жуза в лице бывшего Премьер-министра Н.Балгимбаева, бывшего спикера Верховного совета и бывшего Государственного секретаря А.Кекильбаева, зам. Главы Президентской администрации М.Тажина, бывшего премьера И.Тасмагамбетова и др. Назначение Президентом на ключевые посты в правительстве не легитимных в общественном сознании чиновников из Младшего жуза способствует усилению его влияния и является весьма эффективным способом устранения возможных оппонентов из политической жизни общества.

Средний жуз, не имеющий сейчас сколько-нибудь серьезного и авторитетного представительства в структурах высшей власти, получил весьма своеобразную и как всегда чисто формальную компенсацию в факте переноса столицы из Алматы, находящейся на территории традиционного расселения казахов Старшего жуза, в Акмолу/Астану, находящуюся на территории традиционного расселения казахов Среднего жуза, а также в назначении лично преданного Д.Ахметова на пост премьер-министра и назначении У.Мухамеджанова на формально вторую по значимости должность спикера Мажилиса Парламента. Весьма своеобразной патронессой Среднего жуза является жена Н.Назарбаева Сара Назарбаева.

Что же касается серьезных персоналий, то все сколько-нибудь известные политические лидеры Среднего жуза ныне либо в оппозиции (бывший премьер А.Кажегельдин, бывший Аким Г.Жакиянов, бывший спикер С.Абдильдин и многие др.) либо просто не у дел (бывший главный оппонент президента О.Сулейменов и др.).

Таким образом, казахские жузы имеют в настоящее время несимметричное и непропорциональное “представительство” в структурах власти с явным перекосом в пользу представительства выходцев из Старшего жуза в высших эшелонах власти.

Иначе говоря, по мере концентрации политической власти в руках лично Н.Назарбаева клановый фактор из символического способа и средства равновесного представительства жузов-кланов в органах высшей власти, своеобразного механизма “сдержек и противовесов” (в годы советской власти и в первые 3-4 года суверенитета) все более трансформировалось в средство отсеивания политических оппонентов, не легитимности ближайшего окружения Президента с тем, чтобы создать вокруг фигуры Президента «пустыню», в которой он мог бы полностью доминировать и где бы не было места его возможным оппонентам и конкурентам.

Клановая дифференциация общества на Старший, Средний и Младший жуз является одним из наиболее ярких примеров казахской маргинальности, присущей 95 % казахского аграрного и маргинального населения и чуждой небольшой группе потомственных горожан казахов, являющихся носителями индивидуалистического образа жизни и индивидуалистической ментальности. Она сильно влияет на кадровую политику Президента и расстановку сил внутри государственной бюрократии.

*Акишев А.К. Старые платья новых ханов// Политическая элита Казахстана: история, современность, перспективы. Материалы “круглого стола”, Алматы, 5 февраля 2000 г. Алматы, 2000. С. 101.

** см.: Масанов Н.Э. Казахская политическая и интеллектуальная элита: клановая принадлежность и внутриэтническое соперничество//Вестник Евразии. Acta Eurasica. N. 1 (2). Moсква, 1996. С. 46 – 61.

Продолжение следует

…Предыдущие статьи серии читайте по ссылкам: Взгляд на политику из 2005 года. Часть II, Взгляд на политику из 2005 года. Ч.I

Оригинал статьи: The expert communication channel of Central Asia region Kazakhstan 2.0

You must be logged in to post a comment Login

Widgetized Section

Go to Admin » appearance » Widgets » and move a widget into Advertise Widget Zone