fbpx

Борьба с коррупцией или за власть?

Власти трех соседних стран – Киргизии, Таджикистана и Узбекистана – объявили войну чиновникам-коррупционерам

19 фев­ра­ля пре­зи­дент Кир­ги­зии Соорон­бай Жээн­бе­ков, зани­ма­ю­щий этот пост с нояб­ря 2017 года, отпра­вил в отстав­ку дирек­то­ра анти­кор­руп­ци­он­ной служ­бы Госу­дар­ствен­но­го коми­те­та наци­о­наль­ной без­опас­но­сти. Обру­шив­шись с рез­кой кри­ти­кой на сотруд­ни­ков анти­кор­руп­ци­он­ных орга­нов, он пору­чил уси­лить борь­бу с «обо­рот­ня­ми в пого­нах»

Предотвращение коррупции в Узбекистане и проверка таджикского МВД

Таджик­ские вла­сти идут иным путем. В янва­ре ста­ло извест­но, что анти­кор­руп­ци­он­ное ведом­ство Таджи­ки­ста­на с фев­ра­ля по апрель гото­вит про­вер­ку четы­рех мини­стерств, вклю­чая МВД.

Ее суть – попро­сить граж­дан оце­нить откры­тость этих учре­жде­ний обще­ству и сте­пень их кор­рум­пи­ро­ван­но­сти. Таджик­ское инфор­ма­ци­он­ное агент­ство «Азия-Плюс» сооб­ща­ло, что про­вер­ка про­во­дит­ся в рам­ках реа­ли­за­ции пла­на Агент­ства по госу­дар­ствен­но­му финан­со­во­му кон­тро­лю и борь­бе с кор­руп­ци­ей Таджи­ки­ста­на.

А в Узбе­ки­стане пре­зи­дент стра­ны Шав­кат Мир­зи­я­ев вско­ре после вступ­ле­ния в долж­ность в янва­ре 2017 года под­пи­сал закон о мерах по предот­вра­ще­нию кор­руп­ции в госу­дар­ствен­ных орга­нах.

Этот закон обе­ща­ет граж­да­нам, кото­рые будут сооб­щать о кор­руп­ции, защи­ту со сто­ро­ны госу­дар­ства, а сотруд­ни­ков госор­га­нов под угро­зой нака­за­ния обя­зы­ва­ет сооб­щать обо всех извест­ных им пра­во­на­ру­ше­ни­ях. Кро­ме того, закон рас­ши­рил доступ обще­ствен­но­сти к инфор­ма­ции о дея­тель­но­сти госу­дар­ствен­ных орга­нов. Вла­сти рес­пуб­ли­ки гово­рят об анти­кор­руп­ци­он­ной рефор­ме.

Зачем президенту Киргизии борьба с «оборотнями в погонах»

Но мож­но ли гово­рить о реаль­ной борь­бе с кор­руп­ци­ей во всех трех стра­нах? Нет, счи­та­ет источ­ник DW, хоро­шо зна­ко­мый с ситу­а­ци­ей в пра­во­охра­ни­тель­ных орга­нах Кир­ги­зии.

По его сло­вам, рез­кое заяв­ле­ние пер­во­го лица этой стра­ны и после­до­вав­шие за этим уволь­не­ния – это пер­вый шаг в стрем­ле­нии ново­го лиде­ра осво­бо­дить­ся от вли­я­ния сво­е­го пред­ше­ствен­ни­ка и патро­на Алмаз­бе­ка Атам­ба­е­ва и начать ста­вить в сило­вых струк­ту­рах свои кад­ры.

По инфор­ма­ции источ­ни­ка, сре­ди тех сотруд­ни­ков сило­вых ведомств, кото­рые попа­ли под нынеш­нюю вол­ну уволь­не­ний, есть как и дей­стви­тель­но те, кто вызы­вал серьез­ные подо­зре­ния в кор­рум­пи­ро­ван­но­сти, так и высо­ко­про­фес­си­о­наль­ные кад­ры.

К тому, что основ­ная цель нынеш­ней анти­кор­руп­ци­он­ной кам­па­нии в Кир­ги­зии состо­ит в созда­нии Соорон­ба­ем Жээн­бе­ко­вым сво­ей коман­ды для про­ве­де­ния само­сто­я­тель­ной поли­ти­ки, скло­ня­ет­ся и сотруд­ни­ца Цен­тра восточ­но­ев­ро­пей­ских и меж­ду­на­род­ных иссле­до­ва­ний (ZOiS) в Бер­лине Беа­те Эшмент (Beate Eschment).

По ее сло­вам, логич­но, что в какой-то момент новый пре­зи­дент начал назна­чать сво­их людей на важ­ные пози­ции. «Так дей­ство­ва­ли и его пред­ше­ствен­ни­ки. Тема кор­рум­пи­ро­ван­но­сти наи­луч­шим обра­зом под­хо­ди­ла для того, что­бы сме­стить ненуж­ных людей с их постов и поса­дить туда нуж­ных. Пока у меня нет доста­точ­ных осно­ва­ний счи­тать, что на этот раз будет ина­че», – гово­рит она.

Поможет ли таджикам опрос против взяточничества

По оцен­ке бер­лин­ско­го экс­пер­та, на успех в Кир­ги­зии мож­но рас­счи­ты­вать, если власть, после­до­ва­тель­но про­во­дя струк­тур­ные шаги, поста­вит во гла­ве борь­бы с кор­руп­ци­ей авто­ри­тет­но­го чело­ве­ка с хоро­шей репу­та­ци­ей. К тому же у него долж­ны быть сред­ства для осу­ществ­ле­ния при­ни­ма­е­мых мер и испол­не­ния при­ня­тых зако­нов.

«Но Кир­ги­зия для это­го – недо­ста­точ­но силь­ное госу­дар­ство. Я скеп­ти­че­ски смот­рю на его воз­мож­ность про­яв­лять необ­хо­ди­мую жест­кость в осу­ществ­ле­нии реаль­ной анти­кор­руп­ци­он­ной про­грам­мы, даже если такое наме­ре­ние есть. В реги­о­нах Кир­ги­зии ино­гда воз­ни­ка­ет чув­ство, что там дей­ству­ют некие свои зако­ны, а не зако­ны госу­дар­ства», – пола­га­ет Беа­те Эшмент.

Есть у собе­сед­ни­цы DW сомне­ния и в искрен­но­сти наме­ре­ний Душан­бе. «Попыт­ка при­влечь к анти­кор­руп­ци­он­ной борь­бе насе­ле­ние с помо­щью опро­сов обще­ствен­но­го мне­ния – это хоро­ший метод. Он дает жите­лям ощу­ще­ние при­част­но­сти к кон­тро­лю над чинов­ни­ка­ми и воз­мож­но­сти защи­тить­ся от взя­точ­ни­че­ства. В усло­ви­ях боль­шей демо­кра­тии этот путь мог бы вести к успе­ху, но таких усло­вий в Таджи­ки­стане я не вижу. Если борь­ба под анти­кор­руп­ци­он­ным фла­гом там и ведет­ся, то в одном направ­ле­нии – уси­лить вли­я­ние пре­зи­дент­ской семьи», – уве­ре­на Беа­те Эшмент.

Более опти­ми­стич­но она смот­рит на анти­кор­руп­ци­он­ные меры, при­ни­ма­е­мые Таш­кен­том. «Пусть меня упрек­нут в иде­а­лиз­ме, но Узбе­ки­стан объ­ек­тив­но име­ет сего­дня боль­шие шан­сы осу­ще­ствить то, чего хочет его руко­вод­ство. И веро­ят­ность того, что объ­яв­лен­ные рефор­мы дадут резуль­та­ты, там выше, чем в Кир­ги­зии и в Таджи­ки­стане», – гово­рит экс­перт.

Кто в Узбекистане поборется с коррупцией после чистки в СНБ?

При этом Беа­те Эшмент обра­ща­ет вни­ма­ние на сле­ду­ю­щий момент: Шав­кат Мир­зи­я­ев уже год дела­ет то, что сей­час начал Соорон­бай Жээн­бе­ков, – при­во­дит на руко­во­дя­щие посты все боль­ше сво­их людей. «Но что­бы их там в таком каче­стве и каче­стве иметь, нуж­но давать им финан­со­вые пре­фе­рен­ции. Вопрос в том, в какой мере это будет на легаль­ной осно­ве, а в какой они полу­чат сфе­ры, нахо­дя­щи­е­ся под их нача­лом, на откуп», – рас­суж­да­ет она.

На еще один важ­ный аспект ситу­а­ции в Узбе­ки­стане ука­зы­ва­ет таш­кент­ский поли­то­лог Юрий Чер­но­га­ев. До недав­не­го вре­ме­ни гром­кие кор­руп­ци­он­ные дела – а их в Узбе­ки­стане было нема­ло, вклю­чая свя­зан­ные с окру­же­ни­ем семьи пер­во­го пре­зи­ден­та стра­ны Исла­ма Кари­мо­ва, – вела могу­ще­ствен­ная Служ­ба наци­о­наль­ной без­опас­но­сти (СНБ). Про­ку­ра­ту­ра фак­ти­че­ски лишь сопро­вож­да­ла те дей­ствия, кото­рые мог­ло себе поз­во­лить толь­ко это ведом­ство.

Но в янва­ре-фев­ра­ле руко­вод­ство СНБ под­верг­лось чист­ке, пре­зи­дент лич­но при­гро­зил ряду руко­во­ди­те­лей служ­бы тюрем­ны­ми сро­ка­ми, а ее пред­се­да­те­лем назна­чил быв­ше­го гене­раль­но­го про­ку­ро­ра. По посту­па­ю­щим из Таш­кен­та све­де­ни­ям, про­ку­ра­ту­ра теперь полу­чит ряд функ­ций, кото­рые до это­го выпол­ня­ли сотруд­ни­ки СНБ. При этом про­ку­рор­ские кад­ры в Узбе­ки­стане не име­ют опы­та рас­сле­до­ва­ний кор­руп­ци­он­ных дел в пра­во­охра­ни­тель­ных орга­нах, отме­ча­ет Юрий Чер­но­га­ев. К тому же они при­вык­ли, что замет­ные дела тако­го рода все­гда санк­ци­о­ни­ро­ва­лись поли­ти­че­ским руко­вод­ством стра­ны.

Рейтинг восприятия коррупции Transparency International

Беа­те Эшмент согла­ша­ет­ся с тем, что в Узбе­ки­стане гром­кие слу­чаи раз­об­ла­че­ния кор­руп­ции были поли­ти­че­ски управ­ля­е­мы­ми. При этом, по ее оцен­ке, вся систе­ма очень кор­рум­пи­ро­ва­на. «Вклю­чая и ту ее часть, кото­рая в сте­нах СНБ зани­ма­лась отсле­жи­ва­ни­ем слу­ча­ев кор­руп­ции. Шав­кат Мир­зи­я­ев отсек голо­ву СНБ, служ­ба будет пере­стро­е­на, но это не зна­чит, что все сотруд­ни­ки вдруг ста­нут сто­рон­ни­ка­ми реформ и бор­ца­ми с кор­руп­ци­ей. Вре­мя пока­жет, в какой мере ему удаст­ся вовлечь их в эту борь­бу.

Тем более что ранее посту­па­ло доста­точ­но мно­го сооб­ще­ний о том, что СНБ боль­ше дру­гих инсти­ту­тов вла­сти полу­ча­ла неле­галь­ные дохо­ды раз­лич­но­го харак­те­ра», – гово­рит экс­перт из Бер­ли­на.

При этом у нее созда­лось впе­чат­ле­ние, что про­ис­хо­дя­щие в Узбе­ки­стане пере­ме­ны силь­но вли­я­ют на сосе­дей по реги­о­ну. И кор­ни той рез­ко­сти, с кото­рой кир­гиз­ский пре­зи­дент обру­шил­ся на «обо­рот­ней в пого­нах», имен­но в этом, счи­та­ет Беа­те Эшмент.
И послед­нее: в рей­тин­ге вос­при­я­тия кор­руп­ции Transparency International за 2017 год Узбе­ки­стан занял 157-ю строч­ку, чуть улуч­шив свою пози­цию в срав­не­нии с про­шлым годом, но сно­ва ока­зав­шись суще­ствен­но ниже Кир­ги­зии (135-е место). Таджи­ки­стан при этом опу­стил­ся на 161-е место из 180.

28.02.2018

Вита­лий ВОЛКОВ, DW

Ори­ги­нал ста­тьи: Новая Газе­та Казах­стан